Если твоя матушка решит, что он не задержится здесь надолго, она удвоит свои усилия окрутить его. Мне казалось, именно этого он и пытается избежать.
– Похоже, это цель его жизни, – согласилась Элоиза.
– Если бы он внушил ей мысль, что торопиться некуда, может, она не стала бы так давить на него.
– Интересная мысль, – заметила Элоиза, – но, боюсь, она верна скорее в теории, чем на практике. Наша матушка так жаждет видеть его женатым, что удвоение усилий ничего не изменит. Ее обычных усилий вполне достаточно, чтобы свести его с ума.
– Интересно, а можно быть сумасшедшим вдвойне? – задумчиво произнесла Пенелопа.
Элоиза склонила голову набок.
– Не знаю, – сказала ока. – И не хочу знать.
Они помолчали, что случалось с ними крайне редко, затем Элоиза вскочила на ноги.
– Мне пора.
Пенелопа улыбнулась. Люди, плохо знавшие Эяоизу, могли бы подумать, что она склонна часто и внезапно менять тему разговора, но Пенелопа знала, что все как раз наоборот. Когда Элоизе что-то втемяшивалось в голову, она была совершенно не способна думать ни о чем другом.
Из чего следовало, что если Элоизе понадобилось срочно уйти, скорее всего это связано с тем, что они только. что обсуждали.
– Колин обещал прийти к чаю, – объяснила Элоиза.
Пенелопа улыбнулась. Приятно сознавать, что она оказалась права.
– Ты тоже приходи, – сказала Элоиза.
Пенелопа покачала головой.
– Он захочет побыть с семьей.
– Пожалуй, – кивнула Элоиза. – Ладно, я пошла. Ужасно жаль, что приходится так быстро уходить, но я хотела убедиться, что ты знаешь, что Колин дома.
– Леди Уистлдаун позаботилась, – напомнила ей Пенелопа.
– Ах да. Где эта женщина добывает информацию? – Элоиза в изумлении покачала головой. – Иногда она проявляет такую осведомленность о нашей семье, что становится страшно.
– Это не может продолжаться вечно, – заметила Пенелопа, вставая, чтобы проводить подругу. – В конечном счете, кто-нибудь должен догадаться, кто скрывается под этим именем, как ты считаешь?
– Не знаю. – Элоиза взялась за дверную ручку.
– Мне тоже так казалось. Но прошло уже более десяти лет. Даже больше. Если бы ее могли разоблачить, думаю, это бы уже случилось.
Они двинулись вниз по лестнице.
– Когда-нибудь она совершит ошибку. В конце концов, она всего лишь человек.
Элоиза засмеялась:
– Я начинаю сомневаться в этом.
Пенелопа обнаружила, что улыбается.
Элоиза вдруг остановилась и так резко повернулась, что Пенелопа налетела на нее, и обе чуть не свалились с последних ступенек.
