Миша подается вперед и смотрит на сумку оценивающим взглядом, чешет затылок и поднимает взгляд на меня.
— Это все?
— Да.
— А что так мало?
Перечисляю ему все, что взяла и пожимаю плечами. Мол, что еще надо? Все самое необходимое.
— Ну ладно… — произносит в задумчивости, встает с дивана и берет мои вещи. — Надо будет потом отправить вас с Юлькой на шопинг.
— Я обожаю шопинг! — мечтательно говорит малышка. — Только мы с Ларисой пойдем вдвоем, без тебя, папа! Это наши женские дела, — говорит с важным видом, строя из себя взрослую и независимую, отчего мы не можем сдержать смех.
— Ну конечно, конечно! Я вообще могу вас хоть на сутки вдвоем отправить по магазинам, а сам на рыбалку смотаюсь со Шмелевым.
— Вот и прекрасно! — рубит Юля.
Ну просто вся в папашу."
"Далее мы едем домой к Мише, он с дочкой уносится собирать вещи, а я решаю заняться ужином. Готовлю стейки из рыбы, которую мы купили по пути, отвариваю рис и тушу овощи по-азиатски. Нахожу в морозилке бруснику и решаю сварить из нее морс.
— М-м-м, я уже не могу выносить, этот аромат. Мур, я так сам себя жрать начну.
— Пять минут и будет готово, потерпи немного.
Гора обнимает меня со спины и целует за ушком, затем в висок, немного разворачивает к себе и касается губами моей скулы, еще немного разворот и накрывает губы, а я, не удержавшись, выдаю совсем нескромный стон. Его руки тут же ныряют под мою футболку и начинают нагло и жадно хозяйничать по моей чувствительной, к его прикосновениям, коже.
— Не сердишься больше? — спрашивает, как только мы хватаем первые глотки воздуха.
— Немножко, — показываю пальцами размер оставшейся у меня злобинки.
— Уложу Юльку спать, и постараюсь загладить свою вину, — говорит, сверкая похотью в глазах.
— Не знаю, думаю, наказать тебя и остаться сегодня в гостевой комнате.
— Ага, щас! — ухмыляется он. — Если потребуется, я дверь сниму с петель и кровать вынесу из квартиры.
Остаток вечера проходит в спокойной обстановке. Вместе с Мишей купаем Юлю, а затем укладываем ее спать.
Читаем сказку, разделяя между собой диалоги героев.
— Все, засопела, — тихо шепчет он и нежно целует дочь. — Идем, Мур.
Но не успеваем мы выйти из детской комнаты и прикрыть дверь, как Горыныч тут же прижимает меня к стене, накрывая своей страстью.
— Не тут… — выталкиваю из себя вместе с последними каплями кислорода.
Миша сгребает меня в охапку и довольный тащит в свою берлогу. Сегодня этот зверь совершенно не сдерживает себя.
