Стефания, Злата, Дина… Они всех моих девок знали… И терпели. Наблюдали за моими отношениями. Словно грязными ботинками топтались в душе. Почему Стефания так легко со мной рассталась? Она ведь даже не противилась моему решению! Приняла его безропотно, спокойно. И, вообще, сделала вид, что первая меня бросила.
– Здравствуйте, Иван. У нас к вам дело, – холодно произносит Борис. – Где мы можем поговорить?
Он странно улыбается. Словно ждал этого разговора. Иван шумно выдыхает и протягивает:
– В подсобку идемте.
– Я знаю, что ты и твоя сестрица все подстроили, – цежу сквозь зубы, когда за нами закрывается дверь.
– Подставили Вику, разлучили нас и…
– Потому что доверять надо тем, кого любишь, – злобно прищуривается он. – Что Анфиска нашла в тебе, не понимаю? Слизняк, сопляк, рохля… Она из-за тебя… Это ты сделал ее такой!
– Ах, ты же! – бросаюсь на Ивана, но Добровольский меня останавливает.
– Тише, Кирилл, сейчас следователь приедет. Все. Все кончилось. Он получит свое, не сомневайся. И за то преступление, и за испорченные тормоза… Как вы проникли в дом Кирилла? Только не надо рассказывать, что авария…
– Я ничего не скажу, – хищно улыбается Иван.
– У вас ничего нет, кроме домыслов.
– Ошибаетесь, есть. Показания Златы – девушки, которой Стефания-Анфиса заплатила за молчание. Она согласна дать показания в суде. Вам уже ничего не поможет, поверьте... Чистосердечное признание скосит срок, но...
– Это уже не имеет значения, – язвительно протягивает Иван. – Анфиска сделала, что хотела. Она мечтала, что когда-то доберется до этой девки.
Избавится от нее, наконец. Ничего не помогало... Ничего... Она прилипла к тебе, как банный лист. Проросла в душу, как плесень.
– О чем ты? – спрашиваю, чувствуя, как от волнения темнеет в глазах.
– Стефания у тебя дома. Пришла навестить твою обожаемую женушку.
– Кирилл, я звоню в полицию! – кричит Добровольский и тотчас падает от резкого удара Ивана.
Я группируюсь и бью его в лицо, но получаю ответный удар в голову. Мощный, оглушительный...
Валюсь на пол, захлебываясь кровью, хлынувшей из разбитой губы.
Глава 32.
Глава 32.
Вика.
Кирилл уходит, оставляя меня одну. Следит, чтобы я надела фиксирующий пояс на талию и села в инвалидную коляску.
– Все будет хорошо, иди уже, узурпатор, – улыбаюсь я. – Скоро мамуля приедет с Егорушкой. Все будет хорошо.
Я улыбаюсь и веду себя нарочито расслабленно, испытывая чудовищную тревогу. Неспокойно мне… Куда он сейчас поедет? Сам… Ну, ладно, не сам – с дядей Борей.
