- Одно из двух основывается на личных ожиданиях. Второе же базируется на следовании масс за мнением одного. А кто решает? Кто диктует эту утопию?
- Очевидно, что Платон, - усмехается мне Бэйлор.
Я сердито смотрю на него в ответ, но довольно сложно оставаться серьезной, видя его игривое отношение к ситуации.
- И конечно же неважно, что в реальном мире мы практически не имеем наглядного примера утопического общества, - говорю я.
Одна из девушек, с начала семестра восхищающаяся Бэйлором, поднимает руку, будто ей нужно разрешение, чтобы заговорить.
- А как насчет Атлантиды?
О, ёперный театр!
Я сердито смотрю на Бэйлора, и он прикусывает губу, стараясь сдержать смех. И все, что могу поделать с собой, чтобы тоже не засмеяться, так это последовать его примеру. Я отвожу взгляд, прежде чем потеряю самообладание. Но тем не менее, ощущая Дрю рядом и зная, что он хочет засмеяться, мое собственное веселье нарастает. Меня настолько распирает смех, что я едва улавливаю следующие слова Ламберт, и это хорошо, потому что если бы я расслышала их полностью, то точно бы захохотала.
Сдавленный смешок справа вынуждает меня повернуться. Мой взгляд сталкивается с взглядом Бэйлора, и мы становимся серьезными, но ненадолго. Внезапно я вспоминаю последний раз, когда смотрела в его глаза. Когда он был глубоко внутри меня, а его толстый член пульсировал от кульминации, и когда кончая, Дрю издал тот сдавленный звук. Волна жара накрывает меня.
Должно быть это заметно со стороны. Я не знаю, как скрыть это. Улыбка Бэйлора исчезает, а губы приоткрываются.
В одно мгновение его глаза становятся жидким пламенем.
Святые угодники, у меня проблемы.
Смутно я осознаю, что вокруг поднимаются люди. Занятие окончено. Но я не могу отвести взгляд от Бэйлора. Не когда он медленно встает со своего места. Не когда останавливается у моего стола и протягивает руку.
- Пойдем со мной.
И я иду, потому что не могу игнорировать внутреннюю потребность. Но я не касаюсь его. В тот момент, как я это сделаю, все будет кончено.
Я наброшусь на парня прямо здесь и опозорю себя на людях. Возможно, ему это известно, потому что его рука безвольно падает и сжимается в кулак, словно Дрю нужно попрактиковаться в сдержанности.
Уголок его рта вздрагивает, когда парень осматривает меня сверху донизу. Я словно пища, которую он планирует поглотить. Одновременно, мы оба поворачиваемся и выходим из классной комнаты, делая вид, что все идет как обычно. Но внутри? Внутри я горю возбуждением. Снова.
