А я сидел на корточках, как идиот, пока она натягивала свой топ, а затем поднялась с дивана. Ее трусики были, очевидно, безвозвратно утеряны, потому что Джонс просто вылетела с комнаты, пробормотав на прощание ""Извини.Пока.""
Она даже не позволила мне себя поцеловать. И это сильнее всего сжигает меня изнутри. Словно поцеловать меня было столь личным, что Анна не смогла бы этого вынести. Словно ей нужно было приравнять меня к какому-то случайному, безликому траху.
Я снова стону и пробегаю руками по волосам. Мои руки словно налиты свинцом, и я весь трясусь.
Медленно поворачиваю вентиль горячей воды и опускаюсь на пол душевой. У меня только что был самый горячий, эротичный и переломный секс в моей жизни, и не думаю, что подобное удастся повторить. Сегодняшний вечер, явно, представляется Анне опрометчивой интрижкой. А я схожу с ума, потому что это было лучшее событие моей жизни.
Глава 6"
"ЭТОГО НЕ БЫЛО. Да, сделаем вид, что этого не было. Не было нависающего надо мной тела Бэйлора, его голая грудь не скользила по моей груди, его толстый, твердый член не погружался.
... Мои ноги заплетаются. Ладно, это все было, и я не в силах изобразить обратное. Но на самом деле это и неважно. Это была... Космическая вспышка, небольшое отклонение от реальности. Все это было лишь интрижкой. Ни больше. Ни меньше. Я могу это сделать. У меня и раньше были интрижки. Трах - бах, спасибо, мужик. Похоть удовлетворена. Жизнь продолжается.
Глубоко вздыхая, направляюсь по коридору к своему классу.
Дерьмо на палочке.
Бэйлор стоит у двери, прислонившись к ней спиной, его длинные ноги скрещены, а руки естественно сложены на широкой груди. Мое сердце стучит будто у испуганного кролика, который пытается сбежать от лисы.
Дрю наблюдает за мной, и на его лице появляется легкая самодовольная улыбка, от чего уголок рта парня вздрагивает.
Мое тело - предатель, так как от одного взгляда на эту улыбку пульс моментально учащается. А рот хочет улыбнуться в ответ. И чтоб хоть как-то угомонить свое тело, я прикусываю губу.
Все становится еще хуже, когда подхожу ближе к Бэйлору. Сейчас я знаю его. Знаю, какова на ощупь его кожа, как ощущается его член глубоко внутри меня, какие звуки срываются с его уст, когда Дрю кончает.
- Эй, - говорит он.
И моя кожа покрывается мурашками. Бог мой, его голос. Его голос, шепчущий что-то напротив моей влажной киски. Остановите меня кто-нибудь. Я напряженно сглатываю.
- Эй.
Его улыбка становится шире.
- Я думал о тебе, Джонс.
- Не напрягайся.
