От этого звука мне становится жарко, а на коже выступает пот. Мои руки скользят по отяжелевшей, мучительно ноющей груди, останавливаясь на уровне сердца. Я прижимаю их к ребрам, словно пытаясь удержать сердце в груди.
- Но ты не позволяешь мне тебя поцеловать, - говорит Дрю в полнейшей темноте. - Почему ты не позволяешь мне этого, Анна?
Я не могу дышать.
- Почему, Анна?
- Это слишком, - выдавливаю я.
- Не тогда, когда я хочу все,- он говорит это так искренне и властно, так уверено. - И я хочу все это с тобой, Анна.
Думаю, сейчас он произносит мое имя, так как знает об эффекте, который оно на меня производит. Должно быть так и есть, иначе он не произносил бы его как нечто очень важное, нечто большее, нежели просто мое имя, раз за разом. Он произносит его с благоговением. Со скрытым намерением.
Слезы жалят мои глаза. Что, черт возьми, со мной не так? Я забочусь об этом парне. Он мой любовник, но и друг. Может даже больше друг, чем любовник. Почему я не могу просто подарить эму этот поцелуй? Почему я не могу позволить себе отдаться ему?
Я начинаю представлять, как к его лицу тянутся микрофоны, пока Дрю радостно кричит о победе, после того как выиграл еще один Национальный чемпионат.
Как орут на заднем фоне сотни тысяч его фанатов. Дрю Бэйлора, который приносит миллионы долларов моему университету, который дает интервью кабельной сети спорт-каналов, вокруг которого носятся агенты, обещающие ему все блага мира. Дрю, который поедет в Нью-Йорк в следующем году и подпишет многомиллионный контракт.
Я соврала ему. Я не вижу в нем просто Дрю. Кроме Дрю, я вижу звезду футбола. Я же просто Анна. Я не люблю свет. Мне по нраву тьма.
Он слишком умен, так как понимает, что довел меня до предела, поэтому спустя секунду его тон становится нежным и осторожным. От чего мне еще хуже.
- Я просто подумал, что тебе следует об этом знать. Спокойной ночи, Анна.
Я не произношу ни слова. Просто держу телефон у уха еще очень долго, даже после того, как Дрю кладет трубку.
Глава 17
НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ МОЕГО УТРА нарушают Айрис и Генри. Которые даже не пытаются быть тихими во время своих забав. Уверена, будь я на их месте, испытывала бы вину. Хотя я правда стараюсь сдерживаться, когда знаю, что Айрис дома. Не то, что они. Особенно не то, что Генри. Подозреваю, этот мудак сейчас специально ведет себя так громко; он типа кончает или что-то в этом роде.
