- Поскольку мы решили выложить все дерьмо на чистоту, скажу, я тоже встретил кое-кого, - он оглядывается вокруг, а в его голубых глазах появляется некая напряженность. - Его зовут Джон.
Наступает еще одна мучительная пауза. Я даже и не думала, что Джон гей. Уверена, что не я одна.
- Джон и Джон? Джон-Джон, - я шлепаю его по руке, разряжая накалившуюся обстановку. - Как это мило?
Он бросает на меня сердитый взгляд, но я слышу, как парень облегченно вздыхает, и замечаю, как изгибаются его губы в улыбке.
- Заткнись, Энн.
Пит тоже бросает на стол свои карты и тянется за еще одной тягучей палочкой Twizzlers.
- Не могу поверить, что ты только сейчас рассказываешь нам о том, что ты гей.
- Просто прими это как часть меня, Пити.
Пит корчит рожу.
- Честно говоря, я немного оскорблен тем, что ты никогда не подкатывал ко мне. Я ведь чертовски сексуален.
Муни фыркает.
- Ты? Я точно сексуальнее тебя.
- Ага, но ты был занят, - шутит Джон, все еще немного смущаясь, но сейчас он хотя бы улыбается.
- И я слышала, Пити, что ты не в этой лиге, - добавляю я, воруя у него палочку Twizzlers.
- Тогда почему ты до сих пор не проверила это на практике? - дразнит Пит, бросая на меня игривый косой взгляд.
Я откусываю тягучий кусочек Twizzler, создавая странный щелкающий звук, и все театрально стонут от ужаса.
- А что на счет тебя, Анна, - спрашивает Джон, мило улыбаясь. - У тебя тоже подготовлена для нас бомба?
Ох, конечно. Я трахаюсь со звездой футбола. Даже под страхом смерти я не сказала бы этого вслух.
Это кажется в некоем роде предательством Дрю, и честно говоря, может, данная новость и стала бы бомбой, но уж точно не достижением. Это даже не то, что я могу произнести с чувством гордости. Одна мысли о предательстве Дрю вызывает у меня панический страх.
- Неа, - я еще раз кусаю тягучку, надеясь, что она не застрянет у меня в горле. - Все по-старому."
"Услышав эту ложь, ребята снова начинают общаться на тему своих жизненных планов. Я же теряю нить разговора, позволяя их словам превратиться в фоновый невнятный гул.
Лица моих друзей мелькают словно фото-кадры улыбок и светящихся глаз. И без реальных на то причин, мне хочется расплакаться.
Неестественный вкус земляники наполняет мой рот, а затем этот странный порыв внутри меня вновь набирает силу. Я ощущаю себя крайне неудовлетворенной. И нуждающейся. Потирая низ живота, где сосредоточилась ноющая боль, я считаю минуты до того времени, когда смогу пойти домой. Мои друзья счастливы по-своему, не так как я.
