И злюсь сама на себя за этот страх. Но после моих видений не бояться не могу. Слишком страшным для нас может быть исход, если эта мразь узнает раньше времени, где мы.
Несколько минут мы едем молча, пока не покидаем черту города, а потом рядом с окошком появляется Тайрэн. Стучит пальцем и я поспешно открываю.
— Всё в порядке, Рамина, — произносит муж, смотря мне в глаза. И под этим уверенным взглядом трястись из-за какого-то урода уже как-то и глупо. Нет. Ну правда. Со мной Тай. Если мой мужчина говорит, что всё в порядке, то так оно и есть.
— Ты узнал его? — стараюсь говорить, как можно спокойней, чтобы не пугать своих спутниц.
— Конечно. Я знаю, как выглядит миразу Рифат, — его губы изгибаются в кривой ухмылке.
Ну-у-у… Как я могла не догадаться? Конечно принц Сэйнара знает, как выглядит Глава Службы безопасности Босварии. Выходит, перед отъездом внешность они с Кором и Мэл себе тоже меняли иллюзиями именно по этой причине, а не только потому, что их могли описать паломники. И это хорошо, что он нас не узнал.
Но ведь как-то всё равно вычислит. Я это отчётливо видела.
— Ничего не бойся. Мы прорвёмся, Рами, — муж склоняется ещё ниже и проводит ладонью по моей щеке.
— Я знаю, Тай, — шепчу ему в ответ.
Он кивает удовлетворённо и выпрямляется в седле. Я сразу же закрываю окошко. Сажусь ровно, чувствуя на себе испуганные взгляды попутчиц. Улыбаюсь им ободряюще. Всё будет хорошо. Может не сразу, но обязательно будет.
Тайрэн сказал, что ехать до особняка хали Юзэфа Лаери бывшего королевского портальщика около четырёх часов, если гнать лошадей.
И как только мы удаляемся достаточно далеко от Рахаша, чтобы нас не было видно с городских стен, Мэл снова щёлкает в воздухе кнутом, заставляя лошадей ускорить бег. А я тянусь к своей сумке, чтобы достать оттуда свой мальчуковый наряд. Роль добропорядочной хоаль я уже отыграла на сегодня, пора одеться удобно, чтобы в случае опасности иметь возможность, хоть что-то противопоставить врагам. Под удивлёнными взглядами Наиле и Гапки, уже успевшей возрадоваться, что меня вернули к женскому обличию, я поспешно переодеваюсь, потом тщательно складываю снятую одежду обратно в сумку и принимаюсь мотать на голову куфию.
Уже имею опыт, что эта штука и удар может смягчить, если что. Не то, чтобы я позволила себя снова бить по голове, но всё же… А закончив со сменой облика, усаживаюсь обратно, пытаясь придумать, чем ещё себя занять, чтобы не извести все свои нервные клетки ожиданием того, что виделось мне неизбежным.
