"
"— Постой! Так нельзя! — по инерции я делаю эти пару шагов. Кручусь вокруг своей оси, ища хоть кого-то. Эта девочка ведь убить себя собралась. Надо её спасти. Остановить.
— Не могу, — грустно произносит тот самый голос. — Она приняла своё решение.
— Но её толкнули на это. Ещё не поздно… можно же что-то сделать… куда-то обратиться… где это вообще находится? — я хожу туда-сюда, мечусь во тьме, забыв, что она меня пугала вначале.
— Это мир твоего Тая. Мой мир.
Эти слова заставляют меня резко тормознуть, ошарашенно открыв рот.
Мир Тая?
— Почему я должна была это увидеть? — не знаю, с кем разговариваю, но приходит понимание, что к этой неведомой особе, по-видимому, обратился Тай.
— Ты можешь занять её место. Твоя душа будет в её теле.
— Что? Нет!!! Не такой ценой!!! — решительно качаю я головой.
Голос смеётся и по коже ползут ледяные мурашки. Кто же это? Её присутствие ощущается повсеместным, давящим, дыхание спирает от пристального взгляда невидимых глаз.
К кому обращаются с такими просьбами? В голову приходит только одно объяснение. И оно пугает до дрожи, по правде говоря.
— Да, Рамина. В этом мире меня почитают, как Богиню. И твоё спасение у меня вымолил тот, кого ты любишь, принеся в жертву слишком многое. Я могу тебя спасти. Её нет. Она уже приняла решение. Уже выпила яд, — голос Богини пронизывает ознобом до костей впечатывая каждое слово. — Ты не желаешь принимать жизнь ценой чужой смерти, а та, кого ты так благородно пожалела, не побоялась принять смерть ценой чужих жизней.
Как думаешь, что будет со старой доброй няней, которая принесла своей госпоже то, что она попросила? Думаешь, её пощадят? Девочка предпочла не думать об этом, как и не искать других путей, предпочла сдаться. За всем стоят чьи-то решения, Рамина.
Склоняю голову, признавая горькую правду. Занять чужое место. Чужое тело? Это в голове не укладывается. Но Тай… Я не имею права обесценивать его поступок.
Что он отдал, ради моего столь радикального спасения? Страшно даже представить.
— Что я должна сделать?
— Умереть, — почему-то кажется, что Богиня пожимает плечами.
— А разве я не умираю? — удивлённо вскидываю я брови.
— Пока нет. Тебе осталось ещё несколько дней жить, возможно дольше, если проявишь достаточно силы воли. Очень мучительных дней, надо признать, — озвучивает она то, что я и сама чувствовала. Знала откуда-то.
