В Гапке явно признала авторитет. И как-то так получилось, что весь наш короткий привал для меня прошёл за попытками выяснить у Мышки, как её обозвал в самом начале Кор, хоть что-то.
Удалось узнать, что она из тех бедных девушек, которых яншары вызволили вчера из рабства. Но стоило мне спросить, почему она убежала, бедняжка впадала в настоящую панику. Пришлось оставить её в покое и препоручить Гапке, готовой накормить ещё одну бедную деточку. А я занялась лошадьми. Убрала пустые торбы, проверила упряжь, подковы.
И только когда Рэн командует отправление, я вспоминаю, что сама не поела. Желудок тут же громко принимается урчать, но задерживать всю компанию из-за своей забывчивости мне гордость не позволяет. Решив, что попрошу Гапку сделать мне бутербродов и съем их по дороге, я крайне раздражённая и злая на весь мир пропускаю «своих женщин» в повозку и сама поднимаюсь на козлы.
Просить няню ни о чём не приходится. Она сама всё понимает по голодному урчанию моего живота. И сразу же начинает ворчать, что я себя не берегу, что мне есть надо, а не по кустам бегать.
Эх. Права она, конечно. Мышка, затаившись в уголочке, слушает нашу перепалку, хлопая огромными глазищами. Ляля вовсю знакомится с новыми игрушками, игнорируя новую попутчицу. Мэл с Кором уже ускакали вперёд, а Рэн почему-то не спешит отправляться в дорогу, поглаживая могучую шею своего жеребца и поглядывая на нашу повозку и на меня конкретно, словно прислушивается к чему-то.
— Рома, давай, я попробую править, а ты позавтракаешь нормально, — трогает меня за плечо Гапка.
— А ты сделай мне бутерброд, который можно одной рукой держать, — улыбаюсь я, отвернувшись от мужчины. — Выедем на дорогу, я и поем.
— Ты не позавтракал? — сердито спрашивает незаметно приблизившийся Рэн.
— Нет, — отвечаю односложно и беру в руки вожжи.
— Он и не поужинал, хали Рэн. Последний раз ел вчера, как мы в Хазру приехали, — тут же сдаёт меня Гапка.
Я не смотрю на мужчину, но его пристальный взгляд ощущаю буквально кожей.
"
"— На вожжи сяду я, — сообщает мне диктатор деспотический непререкаемым тоном.
— В этом нет нужды… — начинаю возражать я, но он уже не слушает, уводя своего жеребца к заднему борту повозки. А спустя пару минут возвращается и мне приходится подвинуться. Вожжи у меня тут же отбирают.
— Хоаль Зарима, покормите вашего упёртого внука, пока он не свалился в голодный обморок, — повернув голову к сердобольной старушке, распоряжается Рэн и трогает фургон с места.
