А ещё улыбалась вот такой же виноватой улыбкой, какой улыбается Анна Петровна своему сыну, будто винит себя, что она так тяжело умирает.
– Наталья, доброе утро! – Андрей Денисович встретил Наталью на крыльце. Это было странно, обычно он ждал её уже в столовой. Хотя, увидев, что он в спортивном костюме, Таша решила, что он уже позавтракал и собирается на пробежку.
Таша, бросив взгляд на светло-серый спортивный костюм Королева, смутилась. Точно такой же она видела на главе государства и даже читала потом рассуждения в интернете о стоимости этого костюма.
Она тогда ещё поразилась, что вот этим вот знатокам не зазорно носить такие костюмы, а главе государства, вроде как, пеняли, что очень уж он дорогой. Так вот сейчас на Королеве был точно такой же костюм. И её, Ташино, платье в мелкий цветочек показалось ей сейчас ситцевой тряпочкой на фоне этого шикарного спортивного костюма Андрея Денисовича. Хотя, это платье Таша очень любила, как раз вот за то, что и на фигуре её хорошо сидело и к телу было приятным.
Волосы Таша с утра не убрала в бублик, дав себе ещё полчаса, и оставив их просто распущенными. А от бублика и так голова болела к вечеру, но иначе было нельзя, неубранные, они мешали в работе.
– Доброе утро, Андрей Денисович.
– Проходите, проходите! Я Вас жду, завтракать будем. Наталья, верите ли, ко всему могу привыкнуть или подстроиться, но не к завтраку в одиночестве! Я вчера не очень на Вас давил своим авторитетом, как Аннушка говорит, приглашая на ранний завтрак? Извините, отвык я за красивыми девушками ухаживать.
Чем сегодня завтракать будете? Опять бутербродами?
Это было совсем уж неожиданно. Как и то, что, похоже, Королев-старший чувствовал себя сейчас так же странно, как и она сама. А ведь, казалось бы, не в первый же раз они вместе завтракать будут. Это что же, он так же, как она сама, считает, что это уже не просто завтрак?
В этот момент ветер дунул в спину Таше, перекинув её волосы на лицо. Ей пришлось глупо держать их двумя руками, чтобы они не падали на лицо.
Таша ругнулась на себя за то, что не заплела их хотя бы в косу. Она откинула волосы назад и в этот момент встретилась глазами с Королевым – это был запрещенный прием. Запрещенный, потому что неожиданный, и она поняла, что опять проваливается в сладкий шоколад его глаз, во рту всё пересохло так, что даже, кажется, губы высохли. Она моргнула, заставив себя отвести взгляд от его глаз, и облизала ставшие вдруг сухими губы.
