Она вообще боялась слова ему поперёк сказать, хоть и старше его была на десять лет! А потом он умер, не приняв того, что страна развалилась, не нашел он себя в этой новой для него стране и тёща вдруг к нам приехала.
– Серьёзно? Вспомнила про внука и дочь? – усмехнулась Таша.
– Да, представьте себе! – он улыбнулся одними губами.
– И что Вы?
– А что я? Она же всё-таки мать родная. А то, что она с мужем спорить боялась, и ни с дочерью, ни с внуком поэтому не общалась 15 лет, так это её боль, её крест, если хотите. Встретившись, они с Аннушкой рыдали, обнявшись, весь вечер.
Куда ж её, на улицу, что ли, гнать? Пять лет у нас прожила, до самой своей смерти. Ей от мужа много чего досталось, это ведь он только Аннушку наследства лишил, вот до чего упертый был мужик! А у самого, оказывается, ещё одна семья была, и дочь ещё одна в той семье, вот он и завещал половину своего имущества своей жене, а вторую половину той дочери. Не знаю уж, из вредности или потому, что любил её больше! – Королев помолчал, разглядывая картину, а потом добавил:
– Правда, мать той девочки от наследства отказались.
Ну а тёща приехала, все документы передо мной выложила на стол и сказала: ""Разбирайся, я в этом ничего не понимаю, но пусть всё Денису останется"". Вот так мой тесть наказал сам себя! – он опять усмехнулся и замолчал. Потом развернулся всем телом к Таше и, глядя на неё, вдруг спросил:
– Наталья, а Вы знаете, что у вас с Аннушкой вот на этой картине, просто одно лицо?
Таша удивленно перевела взгляд с картины, на Королева, но ответить она ничего не успела.
От стука в дверь Наталья и Андрей Денисович вздрогнули одновременно:
– Разрешите, я постельное бельё поменяю? – раздался голос горничной Маняши из-за двери."
"– Да чтоб тебя! – почему-то вырвалось у него, – да, конечно, заходи! – услышав голос горничной, Андрей Денисович опять захлопнул створки своей раковины и быстрым шагом вышел из комнаты.
Глава 8
– Ой, а над чем это вы тут с Андреем Денисовичем так весело смеялись? – Маняша бросила любопытный взгляд на Ташу, – к хозяину нашему решила подкатить?
– Что? – Таша даже задохнулась от такого предположения, – нет! Как ты могла такое подумать? Это при живой-то жене!
– Вот, вот, и я про это же! Смотри, Наталья, не бери грех на душу!
– Маняша, не говори ерунды! Ты за кого меня принимаешь? – нахмурилась девушка, – давай-ка я лучше тебе помогу кровать перестелить, а то Анне Петровне уже пора возвращаться.
– Что? Правда, поможешь перестелить постель? – удивилась Маняша.
