Закатилась, как колокольчик и уткнулась носом мне в шею, продолжая смеяться трястись в веселых конвульсиях, шевеля задом так, что ещё немного и я точно стяну с неё шорты, чтобы проверить насколько информация об отсутствии трусов достоверна.
- И что ты смеешься? – спросил, обреченно выдохнув.
- Просто… - продолжала она смеяться, утирая уголки глаз от выступивших слёз. – Просто представила, что где-то сейчас обезьяна не станет человеком из-за того, что ты забрал у неё палку.
- Думаешь, обезьяна с такой палкой в руках стала человеком?
- Ну, учитывая, что многие любят класть на многое, то такая теория имеет право на существование, - ответила она и снова уткнулась носом мне в шею.
Хмыкнул и мягко прислонился щекой к её абсолютно белым волосам.
А ведь ещё год назад они были русыми, почти пшеничными, но один пьяный разговор между мной и Ромкой, случайно услышанный Симкой, толкнул её на кардинальные перемены во внешности.
За каким-то чёртом мы с её братцем решили поспорить о практичности длины женских волос.
Ромка для себя еще не определился, а я сказал, что волосы у девушки должны быть длинными, чтобы их было удобно намотать на кулак и до упора натянуть их обладательницу. Симка на это отозвалась из-за угла смачным «фубля», а утром я проснулся с жутким похмельем и обнаружил её короткостриженой и с новым цветом волос.
А теперь она сидит на моих коленях в мятой пижаме и рассуждает о моей «палке», совершенно не краснея при этом. Белые волосы, пахнущие кокосом, путаются в щетине и щекочут мне щеку.
Такая мелкая, что в ладони можно собрать. Беляш карманный.
- Что ж… раз мы всё обсудили, теперь я могу пойти поспать? – отстранилась она от плеча, снова утирая мелкие слёзы.
- Нет. Ты наказана. Никакого сна. Пришла бы, когда обещала, сейчас бы не хотела спать, - произнес излишне поучительным тоном.
- Ты когда-нибудь получал своей же палкой в лоб? – глядя прямо в глаза, резанула холодной интонацией.
- Нет. Но если ты и дальше продолжишь дразнить ежа голой жопой, то вполне можешь отхватить палкой.
Зрачки её лазурных глаз расширились, пухлые губки приоткрылись в немом возмущении, а щёчек коснулся розовый румянец. Завораживающее зрелище.
- Я всё Ромке расскажу, - выплюнула она единственную имеющуюся угрозу на любой случай.
- Я за тебя сегодня отвечаю. Так что будешь делать то, что я скажу.
- Может, ещё наручниками меня прикуешь к кровати? Как раз там кованное изголовье. Удобно.
Ох, зря ты это сказала, милая.
