Но он сумел меня переубедить, потому что уже многое было сделано и отснято, еще в те времена, когда я работала моделью. Переделывать всю эту работа с нуля было затратно, как в денежном, так и в физическом смысле. В итоге я снималась раз в месяц для каталогов и отправляла фотографии Алексу через агента, лично с ним мы больше не виделись.
Про Егора я знала очень мало, почти ничего за прошедший год. Несколько раз, когда ездила в гости к его родителям, пыталась выяснить подробности, но у меня было такое чувство, что они и сами ничего толком не знали.
Жив, здоров и на этом все. Общаться с ними слишком часто у меня не было никакого желания, поэтому я отделывалась редкими визитами, только для того, чтобы показать внуков. На Матвея они первое время смотрели настороженно, но потом приняли. Я им объяснять ничего не стала, мне было плевать, что они обо мне подумают, скорее всего, Егор как-то сам донес до них эту информацию.
Я встаю с качелей, оставляю детей под присмотром няни и иду за ворота, чтобы загнать свою машину в гараж.
Едва выхожу на улицу, мой взгляд привлекает знакомый автомобиль и мужчина…, который стоит, скрестив на груди руки, прислонившись к этому автомобилю."
"Мое тело мгновенно деревенеет и наполняется дикой слабостью. Ноги подкашиваются и, чтобы не рухнуть на землю, я опираюсь на свою машину. Не смотря на долгую разлуку и темные очки, я узнала его мгновенно. Как тут не узнать, если он снится мне каждую ночь, если я до сих пор помню, как он умеет целовать и сводить с ума.
Я и раньше не могла вытравить его из головы, даже, когда очень сильно хотела этого, а сейчас… сейчас я четко понимаю, что он в моем сердце навсегда. Ни единого шанса забыть, ни малейшего…Он стоит и смотрит прямо на меня, улыбается своей особенной улыбкой, а я, как дура не могу успокоить свое сердце и сдвинуться с места. Егор отрывается от машины и идет ко мне, а я до сих пор не могу поверить глазам, что вот он передо мной живой и здоровый.
Адреналин горячим сгустком бьет прямо в грудную клетку, разносит жар по всему телу, разгоняет кровь по венам и возвращает мое израненное сердце к жизни.
Вернулся. Он ко мне вернулся.
— Привет, — первым здоровается и внимательно рассматривает мое лицо.
— Привет, — хрипло отвечаю и громко сглатываю.
— Как ты? Как дети?
— Хорошо, — тихо отвечаю, а он в этот момент снимает свои очки. Теперь уже я впиваюсь в него взглядом. Как же давно я не видела его. Целую вечность.
