Возможно, моя репутация и накроется медным тазом, но терпеть подобное я не готова, и никакой дневник не заставит меня становиться падшей женщиной. Пусть всем рассказывает! Даже этой Оксане! Да я лучше универ сменю, в другой город перееду, чем буду терпеть подобные унижения.
Накинув пальто на плечи и схватив сумку, я выскочила на улицу, вдыхая морозный январский воздух. Вытащила телефон, планируя вызывать такси, и тут вдруг меня рывком дернули в обратном направлении. В долю секунды я оказалась в объятиях Ледовского, замерла, теряясь от пронзительно холодного взгляда, который будто проникал в самую душу, пытаясь дергать там за важные ниточки.
– В чем дело? – спросил своим, до ужаса безразличным тоном парень.
– Если твоим клиентам нужны ночные бабочки, знай! – я вырвалась из его цепких рук, пошатнувшись. – Я не такая.
Секунду другую Айс молчал. Видимо, обдумывал, как бы намекнуть на мой дневник или еще чего. Правдивы были слухи о нем, и о том, что девчонок домогается его компания. Если Ледовский считал, что клиентам можно, то явно сам вел себя подобным образом.
Какой же он все-таки гад! Нахал! Самовлюбленный павлин!
– Полина, – произнес мрачно, даже немного пугающе Айс. – Аркадий к тебе… приставал?
– А то ты не в курсе?
– Приставал я спрашиваю или нет? – уже более жестче спросил Ледовский. Его глаза с каждой секундой становились темней, словно глубокая бездна погружала в свои безграничные дали. Губы парня сжались, под кожей на скулах забегали желваки, безразличие сменилось пламенем ненависти.
Я окончательно оторопела, не особо понимая, чем вызвана подобная реакция.
– Ну… – сглотнув, отвела взгляд в сторону я. Где-то вдали завыли сирены, видимо, проезжала скорая или патрульная полицейская машина. Но мне показалось, это у меня в груди все завыло, сжалось в тугой комочек.
– Королева, мать твою!
– Он два раза коснулся моего бедра, и я его попросила соблюдать субординацию. Он и вчера на меня странно косился, – выпалила как на духу.
– Ясно, жди меня здесь.
– А? В смысле? Ты куда? Ма… – я запнулась.
И опять почему-то на имени этого парня. Оно косточкой стояло в горле, словно граница между темным и светлым, между правильным и не очень.
Ледовский сорвался с места и пошел в обратном направлении, громко хлопнув дверью. А я осталась стоять на улице, в полном недоумении. В мыслях крутился только один вопрос: он что, типа… переживал обо мне? Да быть не может! Или… может?
Глава 13 – Максим
Ситуация с Аркадием меня выбила из колеи.
