Мы точно нравились друг другу, оставалось лишь сделать финальный шаг, и стать самой красивой парой на потоке. Эта мысль особенно подогревала сердечко.
– Так значит, вы идете завтра в кино? – уточнила Тоня, заправляя за ушко золотистую прядь.
– Ага, на мультик про Царевичей.
– Ну, это как-то по-детски идти на мультик. Ты собираешься поцеловаться с парнем своей мечты в окружении детского сада? – усмехнулась Оля.
– А что обязательно целоваться с ним в кино? – выгнула удивленно бровь я, помешивая трубочкой в своем молочном коктейле.
А уж про то, что это будет мой первой поцелуй, пожалуй, вообще можно опустить.
– Темнота – друг молодежи, – улыбнулась Тоня, играя плечами. Вот уж у кого опыта хоть отбавляй, так это у Мироновой. Парней подруга меняла как перчатки, и не только среди нашего универа.
– Ой, мама звонит, – пискнула я, замечая подсветку на экране мобильного. – Блин, мне домой уже пора. Надо еще помочь с салатами. До завтра, все потом расскажу!
Мы быстренько попрощались, и я помчалась к себе, кутаясь в осеннее пальто.
Лучше бы надела пуховик, погодка стояла довольно морозная, еще и жижа под ногами словно кричала: «Никакого тебе снега, девочка».
Зато дома у нас вовсю играли новогодние песенки, витал запах мандаринов и домашнего вина, которое мама делала по рецепту бабушки еще осенью. Сашка, мой пятнадцатилетний братец, на кухне чистил картошку, а отец суетился в коридоре перед отъездом в аэропорт. Он должен был забрать оттуда дядю и бабулю.
Домашние встретили меня воодушевлено, мама сразу передала часть салатов и перешла к мясу.
В этом году застолье планировалось на широкую ногу, мы даже купили две больших форели: одну замариновали, другую запекали.
Я улыбнулась, разглядывая предновогоднюю суматоху: мне всегда нравился этот праздник. Семья собиралась за одним столом, напоминая о главном – мы есть друг у друга, нужно это ценить и никогда не забывать.
– Кстати, ма, – Сашка отложил нож, выпрямляясь. Он провел пятерней по коротким каштановым волосам, затем откашлялся и продолжил закидывать удочку.
– Ты говорила, если я буду хорошо себя вести, то смогу пойти к Сереге. Все в силе?
– К Сереге? – спросила я, прищурившись.
– К Сереге, – прорычал Саня, стрельнув в меня косым взглядом.
– Милый, ну это же семейный праздник, – помялась мать. Она привыкла, что мы вместе под бой курантов, плюс брат нагло врал. Я слышала недавно его разговор, и вечеринка, на которую он собирался, явно не предвещала ничего хорошего.
