"
"И почему-то сейчас, в обстановке, совсем не располагающей к подобным мыслям, глядя на до боли знакомое лицо одного благородного сэйра, я подумала о том, как же сильно он отличается от Томаса Шервуда. И как точно это различие олицетворяет раскол в нашем обществе. Показывает, как мы, простые смертные, далеки от влиятельных сэйров и их жизненного уклада.
— Поднимись.
Строгий приказ заставляет меня вздрогнуть. И мне в голову даже не приходит мысль о том, что я могу его ослушаться. Нет. Не могу. Не сейчас и не в подобных обстоятельствах.
Стул с шумом отодвигается, царапая каменный пол. И я поднимаюсь на ноги, продолжая непрерывно смотреть на министра правопорядка.
— Подойди.
Очередной короткий приказ, от которого кровь стынет в жилах. Но я вновь подчиняюсь и медленно шагаю на ватных ногах прямо в руки моему личному палачу.
Он мрачно нависает надо мной. И молчит. Долго, мучительно. И мне кажется, что карие глаза, неотрывно смотрящие на меня, видят меня насквозь, знают обо всех моих тайных помыслах и неприглядных мыслях.
Что он сделает со мной? Отдаст под суд? Подпишет приговор о смертной казни? Или лишит жизни прямо здесь и сейчас?
Наверное, моя дальнейшая судьба не столь важна. Гораздо важнее узнать, что же случилось с Сопротивлением.
Невольно вспоминает непривычное, нервное оживление в общем зале. Странный мужчина, проводивший меня в этот кабинет. И все складывается в единую картину. Крайне неприглядную. Даже паршивую, я бы сказала.
Долгая пауза внезапно прерывается.
И неподвижная фигура главы министерства правопорядка приходит в движение.
Сэйр Тобиас Варнадо какими-то жесткими, резкими движениями тянется к шее и ослабляет свой галстук. А затем и вовсе начинает стягивать его.
Вот тебе и пришел конец, Ирис. Наверное, это даже романтично, умереть от руки того, кому ты отдала собственное сердце.
Вот только никакой романтики я не чувствовала. Лишь лютый страх разоблачения и бессильное отчаяние.
Сглотнув тяжкий ком, образовавшийся в горле, я решаюсь задать один из волнующих меня вопросов вслух.
Хотелось бы узнать, что происходит с Сопротивлением хотя бы перед собственной смертью.
— А…
Но вопрос задать мне не позволяют. Сэйр Тобиас Варнадо окидывает меня хлестким взглядом и тут же прерывает, произнося нетерпящим возражений тоном:
— Время для разговоров закончилось, Ирис.
Он сжимает красный галстук в своей правой ладони, безжалостно сминая дорогой шелк.
