А сейчас, сидя за своим рабочим столом и готовясь к важной встрече в цитадели правителей, сэйр Варнадо торговался с собственной выдержкой.
Увы, выдержка капитулировала под гнетом жгучих желаний. И сэйр Варнадо потянулся к переговорному аппарату, желая вызвать помощницу в свой кабинет. И одновременно с этим он пообещал себе, что об этой минутной слабости он жалеть ни за что не будет.
* * *Всю следующую неделю с того самого дня, когда у нас с сэйром Варнадо случилась неожиданная близость прямо на его рабочем столе, начальник делал вид, что между нами ничего не происходило, и вел себя подчеркнуто вежливо и даже холодно, соблюдая необходимую субординацию.
Что было несколько удивительным в свете его тогдашних слов.
Но терзаться из-за непостоянства одного благородного сэйра я не собиралась. Хоть и пару раз, лежа в кровати, тоскливо вздыхала, вспоминая сладостные минуты, проведенные в обществе министра правопорядка.
Как ни крути, но даже зная обо всех последствиях этой кратковременной связи, повторения мне бы хотелось.
Однако признаваться в этом даже самой себе я отчаянно не желала. И уж точно не желала показывать это одному благородному мерзавцу. И, уж тем более, не собиралась выступать инициатором того, чтобы головокружительный секс с благородным сэйром в моей жизни снова случился.
Но, как оказалось чуть позже, ничего подобного от меня никто и не ждал.
Рабочий день протекал спокойно и размеренно. И ничего не должно было нарушить привычного порядка вещей. Ровно до того момента, пока переговорное устройство, стоящее на моем столе, не начинает мигать красным цветом.
А вслед за оживлением индикатора сигнала раздается и строгий голос начальника:
— Тэра Стейб, зайдите в мой кабинет.
Привычный сухой приказ, а следом переговорное устройство затихает и больше не мигает раздражающим взгляд красным цветом. И, казалось бы, ничего особенного. Если бы не одно но. Время на часах, висящих на стене кабинета, уже перевалило за полдень. А обычно в это время сэйр Варнадо меня не вызывает.
Так было все последние три года. Но, похоже, привычные порядки на самом верхнем этаже министерства начали постепенно рушиться и скоропалительно меняться.
Сейчас я как никогда радовалась тому, что кабинет начальника находится в двух шагах от моего пристанища. Но одновременно с этим и жалела о столь близком его расположении.
Промедление было смерти подобно. Но я не могла не размышлять о том, зачем же меня мог вызвать к себе министр правопорядка в такой час.
