Иногда она доходит до тонкой границы с глупостью и неуместностью, как сейчас, но она умеет вовремя остановиться и не приступит во что бы то ни стало обозначенных границ.
— Ладно, прости. Я не со зла. Просто не верится, что хоть у одной из нас, наконец, начинает налаживаться личная жизнь. Я просто боюсь, — ласково приобняла меня.
— Чего? — я непонимающе посмотрела на нее.
— Много чего… Но больше всего боюсь потерять нашу дружбу. Боюсь стать для тебя ненужным элементом. Боюсь, что ты в нем растворишься и все остальное станет побоку.
Много чего в общем боюсь… — почти плача говорила она, а у меня на душе кошки заскреблись.
— Юль, хорошая моя. Не будет этого, обещаю. А если начнешь замечать за мной такое, тресни меня чем-нибудь тяжелым. Договорились? — и крепко-крепко обняла.
— Ну не он, так Париж. Умотаешь туда, новые знакомства, подруг новых заведешь. Там вообще по интересам можешь найти. А я тут… — и начала открыто плакать, как маленькая.
Самое страшное для каждого из нас — показать другому наши слабости.
Если человек открыто делится с вами своими страхами и не боится плакать, надо это ценить. Значит доверяет. Ну это лично мое мнение. Я никогда не плачу при посторонних. Не хочу, чтобы они видели меня слабой и разбитой. Этим мне и нравится Франция. Жители этой страны стараются в любой ситуации улыбаться на людях. В то время как у нас только и делаешь, что и слушаешь вечные жалобы на жизнь. А про улыбающихся людей на улице я вообще молчу. Одни буки и бяки…
— Юль, ту связь, что возникла между нами, я не почувствую уже ни с кем.
Общаться буду, отрицать нет смысла. Но впустить в душу, довериться так же, как тебе… Ты мне, как сестра. Справимся мы со всем. Главное не молчать, — она ещё сильнее расплакалась, и я продолжила её успокаивать.
Что можно тут сказать? Я не знаю. Плохой вышел бы психолог из меня. Мы плавно переместились на диван, и я просто гладила её и шептала всякие глупости. Минут через десять она начала затихать и полностью успокоилась. Через час вернулась мама и допрос начался по новой.
Юля не спешила уходить. Её мама за границей на отдыхе, так что уюта ей не хватает. А мы не против. С самого детства дружим и наши мамы добрые подруги.
Часов в одиннадцать наш шабаш закончился и уже перед тем как погасить светильник рядом с кроватью, пришло фото с жалобной моськой Игоря и подпись.
«Без тебя холодно и одиноко. Пришлось искать временную замену…»
Следом прилетает очередное фото, где рядом лежит милый олененок.
