— Вы за всё ответите!
Тот лишь закатил глаза. Я посмотрела на Синтию, ища поддержки, но она откровенно строила глазки двум некромантам. Вот же идиотка! Не понимает, что каждый из нас — вырожденцев — может оказаться на месте Бруньки.
— Я виновата! Я это сделала! — выпалила я, обращаясь к мистеру Эльману в отчаянии.
Из-за меня Брунька сейчас получит кнута! Всё потому что я однажды решила защитить Альфреда!
— Замолчи! Иначе получите обе! — прорычал Эльман. — Решу, что вы в сговоре!
Брунька повернулась и едва заметно качнула головой, призывая меня успокоиться.
Я закусила губу, чтобы снова не закричать и не начать требовать справедливости.
Мистер Эльман взял кнут и как-то не слишком бодро стеганул Бруньку по спине. Она громко выдохнула. На коже появился белый след, который уже через несколько секунд начал розоветь.
— Сильнее! — закричал Киран, топая ногой, как избалованный ребёнок. — Иначе я сам за неё возьмусь.
Мистер Эльман помедлил, но размахнулся и ударил чуть сильнее.
Брунька вздрогнула, новая полоса на спине быстро стала красной.
— Ещё сильнее!!! — завопил Киран, явно входя во вкус.
Мистер Эльман скривился, но размахнулся и ударил со всей силы. Послышался хлёсткий звук удара плети о кожу. Брунька тихонько застонала.
Он снова размахнулся и продолжил охаживать подругу, не останавливаясь.
Я вздрагивала от каждого удара, будто он полосовал мою спину.
Брунька сначала глухо стонала, а потом прикусила руку. Пот тёк по её лицу, а слёзы капали на серую дворовую землю.
"
"Я смотрела, как кнут оставляет на белой коже красные полосы. Как спустя двадцать ударов они начинают кровоточить. Как после сорокового на спине не остаётся живого места, и Брунька, уже не выдержав, кричит истошно и надрывно. Как на пятидесятом Брунька падает на траву, лишившись чувств. Кровь с её спины стекает на землю, а в воздухе начинает витать стойкий запах железа.
Я смотрела и думала, что будь она драконицей, с ней бы никогда такого не сделали.
Но, увы, мы другие.
Глава 22
Мышка в золотой клетке
Всю следующую неделю я никак не могла отойти от произошедшего. Мистер Эльман уволил Бруньку, а за ней ушла и я, полностью уничтоженная произошедшим.
Ещё одна иллюзия, взращенная во мне за годы учёбы в академии, разбилась вдребезги.
Нам никогда не встать даже с колен, не говоря уж о том, чтобы быть драконам равными.
За стенами академии с вырожденцами обращаются куда хуже, чем я привыкла.
