Отвечал за прогресс и научные разработки… Был куратором этого направления.
— Ведь и мой дед — Генри Лоусон — тоже этим занимался. Это ли не то, что связывает их?
— Звучит разумно.
— А какие именно разработки вёл твой дед?
— Мне никто не докладывал, но однажды они обсуждал с матерью, что его самый перспективный и секретный проект — скрестить магическое потоки и науку. Они говорили что-то ещё, но я не понимал в силу возраста. Помню лишь, что мать ругалась с дедом, не одобряя его методы.
— А что за методы?
— Говорила, что нельзя делать что-то с живыми существами. Это не этично.
— Думаешь, они творили какие-то ужасы в своих магических лабораториях? Издевались над животными?
Альфред лишь пожал плечами:
— Сложно сказать.
— Узнать бы побольше…
— Можно посмотреть в отцовском кабинете. У него есть шкаф, где хранятся старые дедовские документы.
— Интересно, только мне туда не добраться, — я с надеждой посмотрела на Альфреда.
Просить я его не смела… но вот если бы он сам предложил.
— Слушай, я бы помог, честно! Я помню добро. Но в нашем доме на отцовском кабинете сильная защита, сама понимаешь — должность обязывает. Боюсь, сам я её снять не смогу, мои навыки не позволят. Вот если бы кто-то мог помочь… Кроме Кристиана попросить некого.
— Понимаю, — расстроено ответила я.
Меня-то в их богатенький особняк точно не пригласят.
— В любом случае спасибо, что рассказал, — поблагодарила я.
— Хотела ещё кое о чём попросить. Мне нужны книги. Хочу научиться боевым заклинаниям и рунам. У тебя есть что-то? Можешь одолжить?
— О, у меня полно! Кристиан всегда говорил, что нужно упорно трудиться, и тогда, несмотря на недостаточный резерв, я поступлю на военное. Поэтому книг у меня навалом… В тот день, когда тебя застукали с ним, он забрался в ректорский кабинет, чтобы исправить мои показатели. Он думал, что, если я поступлю на военное, это оградит меня от насмешек окружающих.
Вот, что Кристиан делал в кабинете ректора! Как и я пришёл исправлять цифры. Только не свои.
— Но ведь это неразумно. Тебе было бы сложно справляться с нагрузкой.
— Знаю, но брат считает — нет ничего невозможного для мужчин семьи Сальваторе. Ладно, забей. Книги я тебе принесу… Оставлю под той лавкой, где мы тогда ели пирожки, идёт? Там всё равно никто не ходит.
— Идёт, — улыбнулась я.
