– А что она знает? Факты, факты!
– Да мало что она знает. К тому же, не забывайте, что мы говорили с ней по телефону, она звонила из другого города…
– А когда она будет в Тарасове?
– Вроде бы завтра.
Перетурин отставил чашку с кофе и вскочил с кресла.
– Понимаете, Татьяна, это дело очень подозрительное, – заговорил он, расхаживая по комнате из угла в угол. – Если честно, я почти уверен, что Вячеслава убили. Мы с ним дружим давно, и я считаю, что просто обязан докопаться до сути. К тому же тут имеются два момента.
Во-первых, у него на днях должна была быть свадьба. Во-вторых, он в своей клинике…
– Погодите, погодите, – остановила я Родиона Евгеньевича. – Расскажите-ка мне все по порядку и как можно подробнее. Вообще-то я впервые слышу о некой клинике.
– Клиника – это место, где он работает. Я даже там был пару раз, зуб лечил, когда он разболелся. Вообще-то у меня все зубы хорошие… – смущенно добавил он зачем-то.
– Вам крупно повезло, – кивнула я. – Значит, клиника стоматологическая?
– Да, – подтвердил Перетурин.
– Вячеслав в свое время закончил мединститут, долгое время работал в «Скорой помощи», потом в поликлинике, а тут его приятель-стоматолог организовал частную клинику и позвал его на руководящую работу. Правда, Вячеславу пришлось подучиться, повысить квалификацию, все-таки он не по стоматологии специализировался в институте… Но приятель помог.
– Во как! – покачала головой я. – Что, такой хороший приятель?
– Вообще-то я с ним не слишком близко знаком, – помолчав, ответил Перетурин.
– Можно сказать, вообще не знаком. Это его институтский приятель, медик, а я заканчивал юридический. Один раз мы случайно оказались вместе за одним столом, вот и все.
– И какое он произвел на вас впечатление?
– По правде сказать, никакого, потому что все уже достаточно выпили, расслабились, – несколько смущенно признался Родион. – Я вообще на него почти не обратил внимания. Помню только, что пили с ним на брудершафт, но это ничего не значит. Там все пили…
– Понятно, – кивнула я. – А с невестой вашего друга вы знакомы хорошо?
– Конечно, знаком.
И очень хорошо к ней отношусь. Только она еще до конца не понимает, что случилось. Больше всех волнуется Ксения. Она, честно говоря, в шоке, но это и понятно… Третий день ни слуху ни духу!
– То есть раньше не было прецедентов?
– Нет, что вы! То есть я, конечно, не следил двадцать четыре часа в сутки за действиями Вячеслава, но Ксения говорит, что никогда он никуда не уезжал, не предупредив ее. Или Веронику.
