Хотя, конечно, понятно, что не в интересе дело и вы не из любопытства спрашиваете, – тут же поправилась она, – просто я не понимаю, какое это имеет отношение к исчезновению Вячеслава…
– Вероника, вы, пожалуйста, все-таки расскажите, – настойчиво попросила я. – А я уж сама решу, имеет это значение или нет.
– Хорошо, постараюсь, – девушка вздохнула, затем набрала в легкие побольше воздуха, словно решаясь, и заговорила.
Она рассказывала о том, как они с Вячеславом познакомились, как развивались их отношения, как они в конце концов решили их узаконить… Я слушала внимательно, но, честно говоря, пока ничего существенного для себя не находила.
Отношения как отношения, не всегда гладкие, но и без особой драматической составляющей. Собственно, я и рассказать-то попросила Веронику в первую очередь для того, чтобы она немного расслабилась.
– …Мы ничего друг от друга не скрывали, – продолжала Вероника. – Так что если бы Вячеслав знал, что ему угрожает какая-то опасность, он бы обязательно со мной поделился.
А он ничего не сказал. Поэтому я думаю, что случилось что-то непредвиденное и… и страшное, – закончила она, и губы ее задрожали. Девушка сразу же отвернулась, чтобы не показывать своих слез.
Я выждала некоторое время, потом сказала:
– Значит, ничего, омрачающего ваши отношения, между вами не было?
Через несколько секунд Вероника сказала:
– Нет. А в последнее время все совсем было хорошо, – и выбежала из комнаты.
У нее вроде бы снова начался истерический приступ.
Все это было понятно и вполне адекватно ситуации. «Ну что ж, – сказала сама себе я. – По-моему, тут делать больше нечего. Либо она действительно ничего не знает, либо очень хитрая особа и актриса. И в этом случае я сейчас все равно не добьюсь от нее правды, только рискую попасться на удочку лицемерия и запутаться. Но вопрос о деньгах вызвал у нее волнение, вызвал!»
Тут в комнату вернулась Вероника. Лицо ее было бледным, под глазами резко обозначились темные круги, на щеках выступили красноватые пятна.
– Извините меня, – проговорила она слабым голосом. – Я себя отвратительно чувствую. К тому же уже рассказала вам все…
– Да-да, – поднялась я. – Я уже ухожу.
Я нехотя поднялась. В прихожей долго надевала туфли. Мне хотелось еще задержаться. Я повернулась к Веронике и уже собралась было задать еще один вопрос, но, увидев страдальческую гримасу на лице девушки, сказала лишь:
– До свидания.
