Лагерь мало, надо, чтобы еще и позиция для наблюдения была подходящей, так что на это потратили еще с полчаса. Но все же нашли место, откуда и видно в обе стороны далеко, и машина в узком распадке скрывается полностью, не разглядишь. И пока остальные разбивали лагерь, мы с Аникиным с немалым трудом выкопали, скорей даже выковыряли окоп для наблюдателя на вершине и замаскировали его сеткой. К счастью, травы тут много и она сухая, так что со стороны позиция незаметна. Окоп сидячий, глубже не надо, а лежачий делать – шея уставать будет, да и все брюхо отлежишь за несколько дней.
Туда же, в окоп, закинули «аварийную» рацию, как раз самая высокая точка на местности.
Впереди неизвестно сколько дней терпеливого ожидания, больше тут делать нечего особо. Распределили смены, затем Шутихин изъявил желание пройтись по окрестностям, которые предварительно обследовал с помощью дрона, а заодно предложил мне составить ему компанию. Я подумал и согласился, почему бы и нет. Не устал, моя смена еще нескоро, а так за время езды засиделся, полезно конечности размять.
Броник со шлемом и всем остальным надевать не стал, как и мой спутник, жарко в этом, да и не жду никаких перестрелок, местность вокруг пустынна, а в общении с тем же раптором это лишь мешать будет, наверное. Или не будет, но все равно жарко. Даже кобуру с пистолетом и запасные магазины оставил в машине, а подвесную с автоматными накинул так, подогнав ремни под новый свой размер. Потом, вспомнив, сменил магазин в автомате на тот, что с «пустоголовыми» патронами, для зверья такие лучше.
– Не думаю, что придется стрелять, – сказал Шутихин, наблюдая за моими действиями. – Рапторы холмы не слишком любят. И разогнаться негде, и видно недалеко, так что они больше по равнинам шляются.
– Поговорку про Аллаха и верблюда напоминать надо?
– Тоже верно. Пошли?"
"Над холмами дул постоянный, но несильный ветер. Вершины обдувал, в распадках чуть закручивался или, наоборот, затихал. Пахло нагретой землей, пылью, в колючих кустарниках стрекотали кузнечики или что тут за них.
Поймал себя на том, что, несмотря вроде бы на то, что мы тут боевое задание выполняем, я отдыхаю. Отдыхаю от мыслей, которые грызли меня раньше, от бывших забот, которые просто ушли и растворились в небытии, от всего. Просто холмы, а за холмами степь, и мы тут одни, наедине со всем этим огромным миром. Даже то, что этот мир погиб, не гнетет, потому что погиб он давно и без нас, мы никогда его не знали и не должны были узнать.
