– А оно не прилетит? – Я чуточку обнадежилась.
– Прилетит, – не стал запираться шеф. – Но тебе понравится. Ты же у нас главный специалист по красоте…
– Что, опять?! – Я взвыла, как волк из мультфильма.
– А ты как думала? Красота – это вечная тема. – Плевакин был традиционно чужд сочувствия и жалости. – Тут, впрочем, речь о начинающих красавицах, так что большого размаха не жди, резонансным это дельце вряд ли станет, хотя потенциал у него есть, есть… И персоны интересные завязаны…
– Давайте уже сюда вашу папку, что вы перебрасываете ее из одной руки в другую, будто ждете, что я стану подпрыгивать и отнимать у вас это самое дельце, – невежливо потребовала я, понимая, что отбиться от сюрприза не получится.
– Вот! Молодец! Хватай быка за рога, а кота за хвост! – Шеф щедро одарил меня скудной похвалой, сомнительной мудростью и подозрительным дельцем в картонной папочке с завязками.
С папкой в одной руке, картиной в другой и тенью тревоги на лице я вернулась в свой кабинет.
– Что это? – спросил Дима.
– Очередная проблема. – Я шлепнула на стол папку.
– И некоторая компенсация за нее? – Помощник кивнул на картину.
– Что, это? Нет, не компенсация, а вторая проблема. – Я развернула к нему полотно. – Нам велено повесить у себя. Придумай, где именно. Сразу предупреждаю: я не хочу это видеть!
– Тогда над кофемашиной, – решил Дима и тут же пошел прикладывать раму к стене. – Будет отбивать нам избыточный аппетит…
– Хорошая мысль, – ущипнув себя за бочок, согласилась я и отправилась за свой стол, не забыв прихватить сюрпризное дельце в папке.
Через несколько минут я сидела и нервно хихикала.
– Елена Владимировна? – позвал из своего предбанника помощник, обеспокоенный моим странным поведением. – Все в порядке? Вы там смеетесь или плачете?
– Когда это у нас все было в порядке? Смеюсь я, смеюсь. Наш Анатолий Эммануилович – неиссякаемый источник радости, веселья и дурацкой работы. Возьми, посмотри, какую ерунду нам подкинул.
– А что там? – Дима встал из-за стола и заглянул ко мне.
– А вот что: некая Вероника Павловна Кобылкина желает оспорить решение жюри конкурса Экомисс Москва, в котором участвовали девочки шести-девяти лет, включая дочь Кобылкиной – первоклассницу Изабель. Специально для участия в конкурсе девочке соорудили сложный наряд из кленовых листьев, однако победила почему-то другая экомодель – восьмилетняя Карина.
– А какой костюм был у нее?
– Тоже высокохудожественный и экологически чистый – из виноградных листьев.
