Лифт был занят, и они не стали его ждать. Сбежали по ступенькам с топотом, как те кони, и понеслись по направлению к школе.
– Ты… обещала… подумать… – на бегу заговорил Сенька.
Натка усмехнулась: вот это настойчивость! Вот это умение продавливать нужные решения! Может, лучше все-таки по политической части парня двинуть? Президент Российской Федерации Арсений Кузнецов – а? Звучит же?
– Я подумала…
– И?
– И решила…
– Что?
Они переговаривались на бегу, держась за руки и глядя на приближающуюся цель – калитку в школьном заборе.
Ветер бил в лицо, лужи хлюпали под ногами. Путь в светлое будущее, как всегда, был нелегок.
– Я найду, где учат юных артистов! – Натка остановилась у калитки, развернула сына к себе, поправила на нем перекрутившийся шарф.
– Кузнецовы, сколько ждать? – донеслось со двора, где принимала приведенных родителями второклашек учительница.
– Одну секунду! – хором ответили Кузнецовы.
– Не обманешь? – прищурился Сенька.
– Ты мне новый велик обещала – взяла подержанный на «Авито». И смартфон не купила, а отдала старый Сашкин. Как тебе верить после этого?
– Клянусь своей треуголкой! – Натка хлопнула себя по вздыбленному капюшону.
Ой, что там за прическа получится…
Сенька засмеялся – про треуголку ему понравилось.
– Кузнецовы!
– Иду! Мам, пока! – Сенька нырнул в калитку.
– Хорошего дня! – Натка помахала сыну рукой, спохватилась, что не надела перчатки, и порысила к метро, на ходу проверяя карманы.
Так, мобильник взяла, ключи с собой, перчатки – вот они…
Здравствуй, новый трудовой день!
Вблизи метро ручейки из таких же, как Натка, простых честных тружеников, спешащих к станции, сливались, образуя поток с отчетливым течением. Двигаясь в русле, Натка краем глаза заметила обширное яркое пятно и повернула голову.
На большом рекламном щите только что заменили картинку.
Парни в рабочей одежде – свитера, плотные комбинезоны, вязаные шапочки, перчатки в пупырышках – возились у толстой металлической ноги конструкции, складывая лестницу и собирая обрывки прежнего изображения. С оборванного просторного лоскута на прохожих пугающе скалилась неведомо чья улыбка.
– Чеширский Кот живее всех живых, – вслух подумала Натка и посмотрела на новую рекламу.
Там были изображены дети – девочка и мальчик.
