Потом был перерыв на обед, и с шестнадцати до девятнадцати проходила еще одна тренировка в зале. С девяти до десяти вечера четверка плавала в бассейне: ходили дистанции и играли в водное поло. Работали столь активно и с полной отдачей, что к концу дня не было сил даже включить телевизор.
Азамат прогрессировал на глазах. Парень буквально боготворил Петра и как губка впитывал все, что он говорил и показывал. Конечно, искоренить его «паровозный» стиль было практически невозможно, да Петр и не пытался этого делать.
Он просто раздвигал рамки и совершенствовал технику Азамата, делая ее более разнообразной и отточенной. Усиленное внимание к эластичности мышц, связок и гибкости тела в первые недели занятий позволило уже в начале июля приступить к занятиям с оружием.
Поначалу было смешно наблюдать, как Азамат по-медвежьи, совсем неуклюже поворачивается, делает выпады и скачет с катана или шестом. Однако к концу лета у парня стала высвечиваться вполне сносная техника, и за осень он так подтянулся, что Петру приходилось быть внимательным, чтобы не ударить в грязь лицом перед учеником.
Ксения также наращивала мастерство. Правда, с ней порой было заниматься труднее, чем с Азаматом. Парня надо было просто учить, а «чужестранку» часто приходилось переучивать, что создавало трудности и ей самой, и тренеру. Петр сумел сбить с Ксении атакующую самоуверенность и поставить защиту. Немало времени ушло и на отработку подготовки к проведению приемов, а точнее — на незаметность такой подготовки.
Едва не каждое утро на разминке Ксении закрепляли на лодыжки и руки утяжеления и загоняли на песчаный участок берега, заставляя раз за разом повторять закрутки и выпады. После таких тренажей на твердом покрытии зала она взлетала в прыжке почти не отталкиваясь и практически без подготовки, не показывая, что готовится атаковать.
Отношения Петра с Ксенией были ровными и деловыми, базируясь на контактах «учитель — ученица».
Обращались они друг к другу на «ты», но в разговорах далее тем тренировок и предстоящего турнира не уходили. Петра подобные отношения устраивали в полной мере, хотя он и чувствовал некоторое напряжение в их общении. Ксения вела себя сдержанно и послушно с тренерами.
Казалось, ничто не напоминало о том вечере на яхте, злых словах, брошенных им женщине, и взрывной реакции на его откровенное хамство.
