А вот то, что ее несколько раз видели в ночных клубах и тусовках московского бомонда в сопровождении Александра Роткевича, трехкратного чемпиона боев без правил и прочая, и прочая, было очень даже занимательно. Обещание держать сжатые кулачки за противника своего бойфренда и пожелание ему удачи в предстоящем бою вызывало некоторое недоумение.
Вот только на удивление или иные эмоции времени у Петра не оставалось. Суперфинал должен был состояться в четырнадцать часов. Обед как таковой был проигнорирован. У Леона аппетит пропал окончательно, а у Петра было правило за несколько часов до поединка ничего не есть.
В полдень, перед выездом, он лишь выпил стакан апельсинового сока и чашку крепкого чая.
Стоянка для машин у небольшого спорткомплекса в районе Сокольников была забита иномарками. Их пассажирская «Газель» с трудом нашла себе место у самого въезда на территорию между золотистым «Ламборджини» и строгим «Бентли».
Ничего похожего на торжественную встречу претендента на титул чемпиона и команды-победителя сезона прибывшие «драконы» не обнаружили.
Собственно, они на подобное и не рассчитывали.
Во-первых, никто из столичных любителей боев без правил их толком не знал, потому что реально претендовать на высокие места они стали уже в конце сезона. А во-вторых, соревнования этого вида спорта не было принято громко рекламировать. Как и людей, его поклонников. Тот, кто действительно интересовался боями, без афиш и официальных сообщений в средствах массовой информации знал, когда и где они состоятся.
И скакать от радости при виде претендента и даже самого чемпиона никто бы не стал.
Подхватив сумки с одеждой, Леон и Петр неспешно двинулись к спорткомплексу. За ними в кильватере следовали «дракончики» Стас и Костя. Последние надежды на узнавание и теплую встречу победителей турнира, если они у кого-то из них еще теплились, окончательно исчезли под бетонным козырьком комплекса.
Группа молодых людей в строгих костюмах, с соломинками-микрофонами у уголков рта, с одинаковыми серьезно-отвлеченными выражениями лиц, аккуратно, но вполне профессионально окружила их вниманием уже на ступеньках крыльца.
Построение по схеме равнобедренного треугольника с четвертым лишним, стандартной для секьюрити, для Петра открытием не явилось. Была лишь констатация факта, что ему знакомы подобные игры. Не Петру Романову, а тому, из прошлой жизни, кто в нем скрывался.
Их бережно, но решительно оттеснили к парапету, освобождая проход к дверям.
