Терц собрался уж ехать домой за вещами Даньки, как Варя воскликнула.
— Есть! Есть у меня дома игрушка Дани! В детской! Он из дома принес и играл с нею в детской. Сейчас я сбегаю, принесу!
И не успела она сорваться с места, как материализовался Никей, с игрушкой в руках.
— Эта? Я попросил Атона, он принес.
Да, это была игрушка малыша, это подтвердил и терц и Нина. Витя взял игрушку, закрыл глаза и застыл. Молчал и не двигался он долго, почти десять минут, напряжение в гостиной уже нарастало, когда Витя, наконец, открыл глаза, слабо улыбнулся нам бледными губами и проговорил.
— Есть! Нашелся Данька, далеко же его увели. Он не в этом государстве, в соседнем. Есть карта подробная? Я покажу, где это.
Принесли ещё одну карту, и Витя, глянув на нее, уверенно показал на небольшой приморский городок в соседнем государстве, только южнее нашего. Дар с досадой поморщился.
— Отношения с этим государством у нас не очень хорошие, пока будем запрашивать разрешение на открытие портала, может, и не откажут, но время протянут.
А открытие порталов несанкционированное обязательно отследят, будет международный скандал.
Неожиданно Вера весело хмыкнула и сказала.
— А мой портал не отследят! Я в королевский дворец прошла без проблем, хотя там столько охранных контуров и даже никто не отследил проход! Тут не слишком далеко, это не в Канаду. Только перекус мне с собой взять и все.
Тут же начались бурные обсуждения, кто пойдет в поисково-спасательную экспедицию.
Пока все убеждали друг друга, что именно он должен идти, я сбегала наверх, переоделась в футболку темненькую, такие же свободные брюки, неприметной расцветки кроссовки и лёгкую куртку-ветровку. Ага, боевики и детективы я тоже в свободное время любила посмотреть.
Спустившись вниз, узнала, что решили идти — Вера, как транспортировщик, Витя, вдруг надо будет ещё искать ребенка, если его в последний момент перевезут в другое место, терц, как отец, Коля, как силовая поддержка и Дариан, чтобы отмазать по официальным каналам, если что.
И я тут же скромно добавила.
— И я пойду — увидев вытянувшиеся лица родных, пояснила — силовой поддержки я, конечно же, не окажу, но если вдруг кого надо срочно допросить, а правду они не захотят говорить, не будете же вы бить женщин? Вот. А я сумею узнать правду. Нет, милый, я далеко не самый сильный менталист, так себе, ерундовый, но правду узнаю.
