Потому что потусторонний мир имеет иное течение времени, и тебе об этом известно. Я так полагаю, что всем в вашем гнилом учебном заведении известно об этом, но что-то мне подсказывает, что ни ты, ни другие студенты не в состоянии поставить магический счетчик реального времени, даже простейший.
Закончив с застежками, Ирэнарн сложил руки на груди и продолжил, пристально глядя на меня:
— И чтобы ты тут морально не терзалась по поводу того, как я тебя раздевал и что видел, пожалуй, мне стоит рассказать тебе о том, чего ты не знаешь.
К примеру, о том, что Хатор, увидевший нападение на тебя призрачных змей, пробуждение Стража наири и вмешательство Этарана, приставленного к тебе боевого дракона, который с ходу просчитал, что Страж наири не справится, помчался в родовой дом за древним. Еще, пожалуй, тебе стоит знать, что Асур-Ррат в принципе был не способен что-либо сделать — он еще не полностью вернулся в мир живых, чтобы рисковать даже частичным погружением в мир мертвых. И все, чем он мог помочь, — отправиться за мной, потому что Этаран не способен отправить мне зов из пограничного состояния, да в принципе никто не способен.
Таким образом, когда я появился, ты находилась в мире мертвых больше двух часов. Больше двух часов!
Зеленые глаза сверкнули расплавленным серебром.
— К тому моменту как я тебя вытащил, Страж купировал яд в месте укуса, и на это ушли последние крохи оставшихся у него сил. К слову — Этаран сейчас лежал в соседней с нами пещере в таком же источнике. Впрочем, он и продолжает там лежать, и для восстановления ему потребуется несколько дней.
Но это мелочи. Хуже было, когда ты, уже возвращенная в мир живых, внезапно потеряла сознание. Еще хуже — срывать с тебя одежду и с ужасом ожидать обнаружения еще одного укуса на твоем теле!
И, резко поднявшись, Ирэнарн направился к лестнице, но, не дойдя, остановился, постоял мгновение, затем развернулся и, глядя на меня, холодно произнес:
— Наири — это сердце дракона. Именно поэтому наири скрывают от всех, кроме доверенных. Исключительно по этой причине наири представляют своим кровным ир-ханам — с момента представления они обязаны защищать твою жизнь ценой собственной.
И у наири нет свободы лишь по той причине, что только идиот может разрезать свою грудную клетку, вынуть оттуда сердце и отправить его гулять на свежем воздухе!
И он поднялся по лестнице, чтобы уже окончательно уйти.
Я осталась сидеть, потрясенно глядя в воду перед собой.
В голове не укладывалось."
"Ничего не укладывалось.