Я не могла осуждать их за это, я и сама возразить не посмела.
Спустя несколько напряженных секунд зазвенели столовые приборы, полилось вино, наполняя кубки. Судя по звукам, наполнили и мой, затем вновь зал наполнила тишина, после чего мне в руки вложили бокал и Ирэнарн провозгласил:
— За нас!
И все драконы поднялись, собираясь выпить этот тост стоя.
Я не стала. Ни подниматься, ни пить. Молча, все так же не поднимая головы, поставила стакан на стол, отодвинув от себя подальше.
— Милада! — прозвучало почти угрожающе.
Отвернулась и посмотрела на пол. Пол был каменным, как и все здесь. Камень ржаво-серого цвета, разрезанный на ровные плиты, на какой-то момент стал неясным и нечетким, но затем слезы соскользнули с ресниц, и я снова могла безразлично смотреть на его природный рисунок.
— За мою наири! — словно выносил приговор, а не провозглашал тост, произнес Главнокомандующий.
И рисунок камня вновь стал размытым и нечетким.
А драконы, выпив, сели и принялись за ужин, проходивший в атмосфере тягостного молчания.
Тяжелого, гнетущего, напряженного молчания.
Молчания, в котором вдруг отчетливо послышался нарастающий звук возмущенных голосов и рык, потрясший всю Крепость до основания: «Я древний!»
Вздрогнув, я подняла голову и посмотрела на боковую дверь, ведущую из зала, за которой, как мне показалось, и были слышны голоса. Причем не только Асур-Ррата.
— Моя внучка! — раздался вдруг возмущенный крик, от которого по стенам затрепетали факелы.
Эта «бабушка» была мне совершенно не знакома.
В смысле, я вообще никогда не слышала о бабушках с таким тембром и силой голоса, но новая родственница явно очень-очень-очень хотела меня видеть, настолько, что второй крик загасил половину свечей в зале.
Я мельком посмотрела на Ирэнарна и вздрогнула — внушительный золотой кубок в его руке оказался смят, хуже того — шипел и плавился, золото стекало на стол сверкающей лужицей."
"— Он подписал бумаги, — с каким-то мрачным удовлетворением произнес Зэрнур, отсалютовал мне и выпил свой бокал до дна.
Главнокомандующий посмотрел на Бронзового дракона так, что тот закашлялся, видимо, не в то горло попало вино.
А Ирэнарн откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и с ожесточенной решимостью приказал кому-то в пустоту:
— Открой.
Послышался грохот снесенных где-то в глубине Крепости ворот, а затем распахнулись тяжелые двустворчатые двери бокового входа, и в зал стремительно вошел Асур-Ррат в своей истинной форме.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
