– Ну, тетки, вы меня и втравили! – выдохнула Ирка, вытянув вперед опухшие ступни и медленно шевеля пальцами.
– Рассказывай подробно, – велела Ленка. – И не перескакивай с одного на другое.
По дороге на Сенную Ирка очень нервничала, заводила себя и все время повторяла в уме текст «конспиративного задания», опасаясь по бестолковости что-нибудь перепутать. Поэтому, когда дошло до дела, подлинность ее волнения и расстройства ни у кого сомнения не вызвала. Даже играть ничего особенно не пришлось. С всклокоченной химией на голове, в стоптанных на одну сторону сапожках (на одном из них все время расходилась молния) Ирка металась по площади, кидалась наугад к разным людям и разыскивала мифические сережки, сообщая всем подлинные приметы погибшего Федора.
Только один раз за все время она сбилась, когда сообщила продающей варежки сердобольной старушке, что непутевого мужа зовут Володя. Уже в процессе обсуждения животрепещущего вопроса о том, к какой из петербургских икон и в каком храме лучше всего ставить свечи об избавлении от пьянства (у старушки тяжело пили сразу оба сына) Ирка неожиданно вспомнила о своей «легенде», охнула и убежала, тяжело хлопая голенищем снова разошедшегося сапога.
«Эх, бесы-то как крутят! – тяжело вздохнула старушка ей вслед. – Ну да может, ничего. Молодая ишшо, сердечная…»
В общем и целом спекулянты Сенной площади Ирке, как и ожидалось, сочувствовали. Посылали от одного к другому, даже пару раз звонили с вопросами отсутствующим напарникам по мобильным телефонам. Но помочь не могли.
Никто из присутствующих не помнил ни прабабушкиных сережек (еще бы!), ни торгующего Федора. Ирка, отчаявшись, уже хотела уходить, но тут невзрачный и нетрезвый мужичок, торгующий «командирскими» часами с какой-то неясной гравировкой, потянул ее за рукав.
– Давай, тетка, отойдем!
– Чего тебе? – брезгливо дернулась Ирка, но тут же спохватилась и переиграла. – Неужто знаешь чего про сережки?! Расскажи, соколик, не обижу…"
"– Как бы тебя, дура-тетка, не обидели! – решительно сказал мужичок, затаскивая Ирку в какой-то сомнительный парадняк и пугливо оглядываясь, как будто ожидал погони.
– Что ты там про сережки говоришь, я не знаю, и куда они делись – понятия не имею. Может, твой мужик их где в другом месте загнал. А здесь, на Сенной, он совсем другую вещь торговал.
– Какую ж? – ахнула Ирка.
– Вот такую плоскую штуку, – мужичок развернул грязную ладонь и пригнул большой палец, демонстрируя размер товара. – Как бы не из золота и значки на ней.
