"
"— Это проректор по образовательной деятельности нашего университета. Вы кем меня выставляете? Идиотом? — Я кожей почувствовала его ненависть, горячую и обжигающую.
— Вас им и выставлять не нужно, сами себя выставите, как надо, — отозвалась я, снова не сдержавшись.
Глава 26
Владыко, впрочем, уже не слышал — быстрым шагом направился в сторону совмещённых ванны и туалета, смотреть, где там у него что бежит. А я, раздевшись и пройдя в гостиную, совмещенную с кухней, осматривалась. Впечатления у меня были двойственными.
С одной стороны, квартира Владыко была типично мужская — просторный двухъярусный лофт, сдержанный и благородный, с минимум мебели, но с большим количеством света и воздуха. Простые формы, функциональное зонирование, кирпичная кладка, керамический гранит под бетон, натуральное дерево — все это радовало мой искушенный глаз. Каждая вещь была на своем месте. А особенно сильно мне понравилась большая библиотека. По всему периметру одной из стен стояли стеллажи из светлого дуба — даже над окном, и под подоконником, который был превращен в этакий диванчик, на котором можно было почитать.
Да и вид оттуда открывался прекрасный — прямо на парк. Идеальное место для Танечки! Я осторожно проводила кончиками пальцев по корешкам. Тут столько книг — и классика, и фантастика, и фэнтези, и детективы. И писатели просто как на подбор. Боже, читающий мужчина — это так сексуально!
Но с другой стороны, в квартире преподавателя царила идеальная чистота — я даже пальцем провела по полкам, дабы убедиться, что нет пыли.
А это говорило о том, что либо Олег Владимирович помешан на чистоте, либо в его квартире бывает женщина, которая поддерживает порядок. Например, Настенька или Адочка. А раньше тут, возможно, гоняла со шваброй и пылесосом Васька.
Олег довольно быстро вернулся в гостиную и стал звонить соседям. Вид у него был откровенно злой — так сказать, новый оттенок его нелюбви к людям проявился на его красивом лице.
Так, стоп, когда это он успел для меня стать красивым?!
— Я приехал.
У меня все сухо, — отрывисто сообщил Владыко. — Можете подняться и убедиться своими глазами. Пусть сантехники простукивают стены. Что?.. А вы раньше сказать не могли? — рявкнул он. — Вообще-то я п вашей милости с работы уехал. Всего доброго! Как сложно жить в мире дебилов, — вдруг выдал Олег, явно забыв, что я рядом.
— Сама страдаю, — вздохнула я. Он вздрогнул и обернулся на меня.
— А, вы все еще здесь, — констатировал он с сожалением.
— Здесь.
