— Я хочу попасть по тому адресу, который я вас назвал, как можно быстрее.
— Без проблем. Уже едем.
— У меня такое чувство, будто я попал в ловушку, — вдруг выдал Олег. Я хмыкнула.
— Какую-такую ловушку?
— Вашу. Вам ведь от меня что-то надо, Ведьмина.
— Извиниться надо, ничего больше, — соврала я. А чуйка у него, какая-никакая, есть. Сесть ко мне в машину это как сказать: «Сезам, откройся, и больше никогда не закрывайся». Это как попасть в пещеру с лампой джинна — тронул сокровища, и все, выхода больше нет.
Я собиралась использовать ситуацию с поездкой на полную катушку.
— А когда у нас будет ужин? — спросила я невинным голоском, предвкушая, как наделаю с ним фоток, а потом выложу в своем настоявшем аккаунте в инстаграме. Ваську сначала один удар хватит, а потом второй. Она задохнется от ярости. И почувствует, что значит быть Ксю, которую бросил жених накануне свадьбы.
— Какой ужин? — не понял Владыко.
— Тот, который вы мне пообещали, — отозвалась я и включили запись, которую сделала на парковке.
В зеркало заднего вида, я заметила, как меняется выражение лица Олега — у него в арсенале просто сотня оттенков презрения!
— Решим это позднее. Я не знаю, во сколько освобожусь сегодня.
— А куда мы едем-то? — полюбопытствовала я, бодро ведя Малышку. — Что-то случилось?
— Звонили соседи и сказали, что я их затопил, а дверь вскрыть они не могут, — хмуро признался Владыко, и я мысленно захихикала. Мне кажется, или он ко мне привыкает? Вот даже личным, можно сказать, поделился.
Неужели у него бабушки дома нет? Ушла куда-то? Покупать капусту для пирога?
— Сочувствую, — очень неискренне сказала я. От осознания того, что мы едем не просто куда-то там, а домой к Владыко, я заулыбалась. И так обрадовалась, что едва не врезалась в впереди стоящую машину — успела затормозить в самый последний момент.
— Я думал, вы отличный водитель, — заявил Олег.
— Вы капризный, не замечали? — спросила я раздражённо. Меня откровенно злило то, что он сидит сзади, видит меня, а я его — почти нет.
— Все, что я был в состоянии заметить — мои проколотые шины, — ответил он, явно все еще считая, что в этом безобразии замешана я.
— Если вы все еще думаете, что это я тронула вашу прелесть, то вы глубоко ошибаетесь.
— Мою прелесть еще никто не трогал, — задумчиво отозвался Владыко, и я почему-то смутилась.
— Даже неловко спрашивать, но что вы имели в виду под своей прелестью? — спросила я.
— В моей квартире живет кошка по кличке Прелесть.
