Падал снег — он невесомыми перьями оседал на лапах елей, высаженных вдоль массивного корпуса, легким покрывалом ложился на замерзшую землю с остатками пожелтевшей травы, игриво путался в волосах и беззвучно таял, попадая на лицо или руки. Снег всегда поднимал мне настроение, давая предчувствие сказки и ощущение скорого праздника. До Нового года остается немногим больше месяца. Надо уже сейчас придумать, что подарить домочадцам и друзьям.
Кажется, Женька хотела кугуруми, и у меня еще есть время заказа…
С этой мыслью я благополучно споткнулась, не заметив на своем пути палку, и, перелетев невысокий бордюр, упала прямиком под ближайшую елку.
— Сволочь! — от души выругалась я, сидя на земле и вытаскивая из волос какую-то ветку. Сволочью, разумеется, была коварная палка. Попалась же мне под ноги, а!
Приземление было довольно мягким, и я не ударилась, зато телефон вывалился из рук и затерялся где-то в сухой траве, припорошенной снегом. Хорошо еще, что свидетелей моего позорного падения не оказалось — так поздно в субботу учились только мы.
— Чтоб тебя, — злым шепотом пожелала я проклятой палке переломиться и, спешно отряхиваясь, стала искать телефон. Поиски особой плодотворностью не увенчались, и я облазила всю землю под парой елок, прежде чем отыскала телефон. При этом умудрилась порвать новенькие колготки — как, ума не приложу. Когда я увидела телефон и цепко его схватила, подул ветер, и прядь моих длинных темно-русых волос благополучно запуталась в еловой лапе.
Пришлось распутывать — несколько волос так и остались в иголках навечно. Дурдом.
Я хотела было уже встать и отряхнуться, однако вдруг услышала голос Васьки и притаилась. Не хотелось вылезать из-под елки при ней. Представляю, как это будет выглядеть — я лохматая, взъерошенная и вся в снегу. Вот Васька обрадуется. Лучше тихонечко пережду, чем позориться в глазах врага.
— Пожалуйста, подожди! — закричала Окладникова, и я с содроганием сердца подумала — а вдруг это она мне?!
— Олег, прошу! Олег! — стал громче ее голос, и я с облегчением выдохнула — кем-кем, а вот Олегом я себя никогда не считала.
Раздались спешные шаги, и из-за угла корпуса вырулил этот самый Олег, лицо которого скрывала тень, и единственное, что я хорошо разглядела, были очки. Следом за ним бежала растрепанная Васька в одном платье, без верхней одежды. Я отползла чуть дальше, чтобы Окладникова меня не заметила — кажется, намечалось что-то весьма интересное.
