— Это не я! — Мой голос дрожал из-за обиды. — Не я! Сколько раз тебе еще повторить, что я не виновата?
— Перестань, пожалуйста, — хрипло попросил Олег. — Я уже сделал вывод.
— Ах, ты сделал выводы? — еще больше вспыхнула я. — Какой молодец! Я тоже сделаю выводы, поверь. И первым будет вывод, что ты — идиот. Я не виновата! Я никого не просила портить тебе шины и царапать дверь. Я не имею никакого к этому отношения.
— Этот разговор, похоже, ни к чему не приведет, — сказал Олег. — Уходи, Таня.
У тебя скоро начнется пара.
Он сказал это так странно — без злости и устало, что я внутренне сжалась, и в солнечном сплетении появилось неприятное давящее ощущение. Я услышала в его голосе разочарование. Это был мой самый главный страх — разочаровать близких. Я не боялась разочаровать весь мир и даже саму себя, но только не их.
…и когда Олег успел стать мне близким человеком?
— Ты мне не веришь, — выдохнула я.
— А ты бы на моем месте себе поверила? — обжег меня тяжелым взглядом Олег.
Я не знала, что сказать ему в ответ, и он, понимая это, повторил:
— Тебе пора на занятие. Я все для себя решил.
С этими словами Олег подошел к окну и, засунув руки в карманы черных идеально выглаженных брюк, отвернулся, рассматривая открывшийся вид на дорогу, разрывающуюся огнями фар и фонарей. На улице все еще было темно, будто ночью.
Я хотела уйти — вылететь за дверь и громко хлопнуть ею на прощание. Я даже подошла к порогу и взялась за ручку.
Но внутри меня что-то оборвалось — словно с тихим хрустом сломалась тонкая цветущая ветвь. И я осталась. Неслышно подошла к Олегу, который так и стоял у окна, и обняла его за пояс, прижавшись грудью к его спине. Он вздрогнул.
— Это не я, Олег, — прошептала я, в порыве минутной слабости уткнувшись лицом в его плечо. — Правда, не я. Я умею брать ответственность за свои поступки. Прости, если снова задела разговорами о деньгах — я не хотела обидеть тебя. Я просто не знаю, как еще могу доказать тебе, что я не виновата.
— Отпусти, — попросил он, но вместо этого я еще крепче обняла его. А он не стал убирать моих рук. Мы оба замерли — в полной тишине я слышала его дыхание. И этот момент был настолько глубоким и личным — будто бы поцелуй, что сама я даже дышать боялась. Просто стояла и впитывала в себя его тепло. И боялась отпустить. По моим венам растеклась нежность. Колкая, горячая, болезненная. Сводящая меня с ума.
