— А теперь зона бикини, — мило улыбнулась мне мастер. — Глубокое делаем, да? Тогда ложитесь на спину и ровно вытяните ножки.
— Мне кажется, я ножки скоро не вытяну, а протяну, — жалобно сказала я и послушно легла так, как меня попросили. И чуть не заорала. Все-таки без жертв никакая красота не обходится. Цени, Владыко. Конечно, ты меня еще не знаешь, но я-то уже считаю себя твоей девушкой. Вот же повезло человеку. Может быть, он в прошлой жизни целую страну спас?
Додумать я не успела и снова крепче вцепилась пальцами в кушетку.
Из салона красоты я вышла, пылая ненавистью к своему будущему парню. Поход по магазинам в поисках нового платья, которым я бы смогла сразить его наповал, хорошего настроения не подарил. Либо не было нужных фасонов, либо размеров, а в магазине, в котором я все-таки присмотрела новинку, не работал POS-терминал. Налички у меня, разумеется, не было, и я ушла ни с чем. Платье удалось купить ближе к вечеру, когда я устала как собака. Приталенное, короткое, черное, с белым кружевным воротником и манжетами — оно сидело на мне как влитое.
В этом платье удивительным образом сочетались строгость и игривость. Специально для него я купила красные как кровь ботиночки на тонком высоком каблуке. И долго вертелась перед зеркалом, экспериментируя с прической и макияжем — мне нужно было предстать перед будущим парнем во всей красе, но при этом не выглядеть вульгарно.
В понедельник я встала в шесть утра и долго прихорашиваясь, дабы покорить Олега Владимировича Владыко — ведьминское чутье подсказывало мне, что это будет не так уж и легко.
Засыпала я с тонкой тканевой маской на лице и думала о своем Владыке. Боже, звучит так, будто бы он мой хозяин. С такой фамилией вообще хорошо быть мастером в каком-нибудь БДСМ-клубе. Блин, надеюсь, у Олежки нет потребности властвовать и причинять боль — боюсь, максимум, что я могу выдержать — это депиляция зоны глубокого бикини.
Свежая, сияющая, умело накрашенная.
Готовая к приключениям."
"За мной тянулся шлейф любимых духов — дерзкого аромата с чарующими нотками горького кофе, ванильной груши и пряного перца, в котором сладость соединялась с горечью.
Я обожала духи, и их у меня было немало — для каждого случая свой особый аромат.
— Ты точно на учебу? — подозрительно спросил меня папа, когда мы столкнулись с ним на первом этаже в холле.
— Конечно, папочка. Куда еще я могу поехать ранним утром? — ослепительно улыбнулась я ему, помахала рукой и убежала из дома к своей Малышке.
