От тебя не требуется ничего сверхъестественного — встретишь меня пару раз после учебы, сходишь на свидание, ну, поцелуешь, может быть. Заметь, я даже не прошу особого отношения по твоему предмету! Я всего лишь хочу отомстить Окладниковой. Да, странный способ, согласна, но для меня это важно.
— Я не собираюсь притворятся твоим парнем, Ведьмина. Мы это уже обсуждали, — твердо сказал Олег.
— Мы обсуждали это до того, как поменялись условия игры, — отозвалась я. — Сейчас все иначе. Я — твое алиби. Мне ничего не стоит позвонить Светлову и сказать, что ты отлучался минут на пятнадцать, а где был и что делал, я понятия не имею.
Конечно, на самом деле это ерунда — и если нужно будет, ты докажешь, что никоим образом не причастен к избиению этого придурка, но… Но сколько нервов и времени ты потратишь? И ты ведь явно не хочешь, чтобы об этом инциденте было известно в университете — иначе ты бы не пригласил капитана домой, увидев проректора, — спокойно продолжала я, наблюдая, как разрастается пламя в темных глазах Олега.
— Это шантаж, Ведьмина? — хрипло спросил он.
— Это шантаж, — спокойно согласилась я.
— Так и думал, что ты такая, — вдруг задумчиво сказал он. — Хотя потом решил, что ошибся.
— Какая — такая? — спросила я, чувствуя подвох.
— Недалекая эгоистичная стерва. Из таких, которые привыкли, что остальные бегают вокруг и исполняют любые капризы. — Владыко говорил с отвращением, и от возмущения я забыла, как дышать. — Но, надо отдать должное твоему актерскому мастерству, в какой-то момент я решил, что ошибся, и ты — хорошая светлая девушка, со своими недостатками, но кто без них? Позволил себе быть очарованным тобой.
Действительно думал, что ты не такая, какой я считал тебя поначалу. Не такая безнадежно пустая и непробиваемая. Что ж, я не всегда бываю прав.
Я смотрела на него и не знала, что сказать. Обида и злость хрустальным обручем сжимали виски, и пальцы подрагивали от всех тех эмоций, которые моментально вспыхнули во мне после его обидных слов."
"На самом деле я бы не смогла так с ним поступить.
Я не умела предавать. Я не собиралась звонить капитану и лгать ему, я всего лишь использовала это как инструмент для маленькой манипуляции, поддавшись порыву. Но Олегу необязательно было знать об этом. Я просто хотела, чтобы он был моим парнем. И возможно, даже не для того, чтобы насолить Окладниковой, а потому, что меня тянуло к нему. Для меня это была игра — до того момента, как он не сказал эти обидные слова.
