Какого чёрта?!
Надеюсь, у него не возникло никаких глупых идей из-за того, что он видел меня обнажённой? Он обещал, что сделает всё, чтобы я была свободной, и что не раскроет мою тайну. Но он не обещал мне безопасности от себя.
Или это из-за того, что в этой поездке у мужчин слишком долго не было женщин?
— Где моя одежда? — хрипло спросила я, озираясь.
Я была в крохотном помещении, очевидно, одной из комнат бункера. Внутри — только я и Иво. То, что он, по какой-то причине, счёл возможным раздевать меня, трогать меня, пока я без сознания, оставило внутри тяжелое, гнетущее ощущение.
Особенно учитывая, что я не чувствовала своей магии — либо из-за влияния бункера, либо из-за крайнего истощения.
Я была абсолютно беззащитной. Когда я потеряла сознание, я не могла ни оттолкнуть его, ни сказать нет». И трогал меня человек, который уже издевался надо мной прежде, лишал еды, доводил до физических травм.
Человек, которому я спасла жизнь.
— Почти вся твоя одежда сильно пострадала и разваливалась на части.
Я нашёл для тебя другую, более целую. Могу принести её, — произнёс Иво всё так же невозмутимо, словно его поведение было нормальным.
— Принеси. И повязки тоже, — сипло ответила я, отчаянно пытаясь найти хоть что-то, чтобы прикрыться.
На мне остались только тряпичные нижние брюки, но это была едва ли защита.
Иво снова окинул меня взглядом, внимательным и изучающим, словно пытался решить что-то про себя. Потом, не говоря ни слова, он повернулся и вышел из комнаты.
Я не смогла сдержать облегчённого выдоха.
На мгновение мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то… Нет, неважно.
Поверхность, на которой я лежала, оказалась узкой металлической кроватью, неожиданно чистой. Справа я заметила углубления-полки в стене, а слева — маленькую круглую дверь. Наверняка это был туалет. И он-то был нужен мне срочно.
Вернувшись, у самого входа я обнаружила валяющийся плащ — с дырой посередине, который я использовала вместо рубашки, и который был на мне в день, когда я устроила пожар.
Нервно накинув его через голову, я тут же почувствовала себя лучше. А потом разозлилась на себя за ту неуверенность, которую проявила рядом с Иво. Нужно дать ему понять, что знание того, что я женщина, ничего не меняет между нами, и он не имеет права раздевать меня, трогать, тем более, пока я без сознания."
"В ожидании его возвращения я начала осматривать комнату. Снаружи доносился голос Отто, но я не могла разобрать слов — стены были слишком толстыми.
