— Райлен.
— Ни за что. Ты была той, кто хотела приехать сюда, это всё нужно тебе, — ответил он на нашем языке, так, чтобы Талира и герцог не поняли.
— Это неважно, Райлен, важно то, что именно ты нужен Айзенвейлу!
— Я приехал сюда не ради Айзенвейла, а ради тебя! Иди, Дани. А если не хочешь — мы просто уйдём. Можем вернуться потом, — в голосе его не было ни тени сомнения, ни каких-либо эмоций, он лишь спокойно и твёрдо констатировал факт.
Но всё в его лице, в его фигуре, в том, как он стоял, было настолько красноречивым, что сомнений не оставалось — он не прикоснётся к капсуле раньше меня.
— Придурок, — беззвучно прошептала я, так тихо, что даже он не услышал, чувствуя, как сердце щемит от его слов.
— Положи руку на панель, она сделает анализ крови, — предложила Талира, указав на пьедестал с углублением в форме большой ладони.
Тихий гул, лёгкое жжение в ладони — я почти его не почувствовала, и с нами неожиданно заговорил бездушный бесполый голос:
— Диагностирована врождённая системная несостоятельность на фоне межвидовой генетической несовместимости.
В анамнезе — выраженная гипотрофия, множественные дисфункции моторного и пищеварительного контуров, затяжной иммунодефицит. Состояние стабилизировано. Актуальная аплазия гонадного комплекса, полное отсутствие герминативного резерва. Репродуктивная функция необратимо утрачена при сохранении нормальной соматосексуальной активности. Внешнеанатомических аномалий не выявлено.
Выражения лиц у всех четверых нас были примерно одинаковыми, хотя мое, скорее всего, выглядело самым мрачным, когда я снова услышала упоминание о чем-то гонадном.
– Нажмите «подтвердить лечение», чтобы начать терапию с вероятностью успеха двадцать пять процентов, или «отменить», чтобы прервать процедуру. Нажмите «узнать больше», чтобы получить дополнительную информацию о заболеваниях.
Талира, пожав плечами, указала на капсулу и невозмутимо предложила:
– Вперед?
– Что сказала капсула? – спросила я, все еще надеясь услышать что-то ободряющее.
– Понятия не имею! – девушка невинно улыбнулась. – С моей точки зрения это полная белиберда, я ничего не поняла.
Ну, если она не поняла, то у остальных и подавно не было ни малейшего шанса догадаться, что это был за поток слов.
Стоило мне улечься в капсуле, как Райлен тут же подошёл ко мне и крепко сжал мою руку — так крепко, что даже гул в ушах чуть притих.
Он не отпускал её, пока крышка не сомкнулась надо мной, пока всё вокруг не погрузилось в полную темноту.
