Вообще-то, приближение его лошади я услышала издалека — как можно не заметить такой топот? Но огонь, на котором сейчас варился отвар из бризоцвета, говорил мне, что у прибывшего мирные намерения.
— Как херсир твоего ярла, ты должен поддерживать мир на дружественных землях, а не нападать на союзников, — спокойно отвечаю я, перемешивая отвар.
Иво не торопится отвечать.
Желтоглазый херсир обходит меня по кругу, останавливается прямо передо мной, отбрасывая огромную тень мощной фигурой, и долго, внимательно осматривает.
Высокий воротник скрывает следы моей вчерашней «любви» с Райленом и отсутствие рабского ошейника.
Впрочем, я не сомневаюсь, что о моем освобождении он уже знал — как и патрульные. Не знаю, как ярл распространил информацию о моей свободе, но стражники и слуги ни разу не остановили меня, хотя многие помнили, что буквально вчера я была самой знаменитой рабыней Блекхейвена.
— В последнее время я все больше думаю о том, что мне следует покинуть клан.
— И куда ты пойдешь? Райлен станет королем Айзенвейла, все кланы скоро будут подвластны ему, — я не собиралась отговаривать херсира, но его идея казалась мне безумной.
У него здесь все друзья, единственная «семья», которую он знает.
— Отправлюсь в клан Ульвхейм. Прослежу за внедрением туда наместников. Насколько мне известно, у них нет почти никаких успехов.
Надо же, он всерьез об этом думает.
— Может, ты даже станешь ярлом вассального клана? — со смешком спрашиваю я, указывая рукой на бревно, приглашая херсира сесть. С едой у нас было негусто, но лепешку и сыр я могла ему предложить.
— Орин, выдай херсиру еды!
— Может, и стану! — неожиданно резко отвечает Иво и, сделав ко мне два шага, вырывает из моих рук деревянную ложку.
Рывком обнажает мой воротник, но рассмотреть шею не успевает — Орин подскакивает к нему и вцепляется в его ногу, после чего тут же начинает избивать его мелкими ручонками.
— Не трогайте ее, не трогайте Дани! — кричит он, продолжая отчаянно драться.
Впрочем, Иво, кажется, даже не замечает его ударов.
Херсир резко хватает мальчишку за шкирку и поднимает над землей, хмурясь, всматриваясь в его лицо с неким превосходством.
— Ты что, думаешь, можешь защитить ее? От меня? — он усмехается, поднимая его еще выше.
Но здесь я уже не выдерживаю.
— Отпусти его немедленно! — короткий нож, тот самый, которым я пользовалась во время наших тренировок, оказывается у горла херсира, и тот сразу отпускает Орина.
Брат падает, закашлявшись.
— Я бы никогда не тронул его.
