— Возьми плащ, ты же мёрзнешь, — тихо попросил он, снова протягивая его мне, но я лишь покачала головой.
— Я не хочу такой жизни. Я желаю оставаться воином, со своим отрядом, по возможности, хотя, конечно, готова следовать приказам ярла и командования, — я отступила на шаг, заметив, как его рука, уже потянувшаяся ко мне, безвольно опустилась.
— Ты не сможешь продолжать жить той же жизнью, — Рей взял себя в руки, теперь его взгляд был твёрдым, а голос — полон упрямства. — Ты и сама должна это понимать. Я не позволю подвергать свою женщину опасности.
— Но я не ваша женщина, — тут же прервала я его, не желая слушать эти рассуждения.
То, что мы так прямо обсуждали, что он видит меня своей, неожиданно взволновало. Особенно потому, что он мог просто приказать, но не делал этого.
— И всё равно, я не позволю тебе подвергать себя опасности. Ты думаешь, девушке безопасно передвигаться с отрядом из одних мужчин? — он вновь сделал шаг вперёд, его решительность не оставляла мне иллюзий. — Ты можешь доверять каждому из них? А что, если они напьются до беспамятства? Ты понятия не имеешь, насколько чёрными могут быть мысли мужчины, Элла.
Любого мужчины. Меня, Иво, твоих товарищей…
— Райлен! — за моей спиной раздался знакомый голос, и я обернулась.
Желтоглазый херсир быстрыми шагами приближался к нам, но ярл не позволил ему подойти — шагнул в его сторону, заслоняя меня собой, и сразу же заговорил.
Я услышала лишь обрывки: «свобода», «ты», «дар», «камни». Они говорили друг с другом, словно меня рядом не было, и это значило, что мне стоит вернуться назад.
— На тебе лица нет, — заметил Дирк по-отечески, внимательно глядя на меня, но я только покачала головой, садясь рядом с ним и не говоря ни слова.
Я не могла перестать думать о том, что если Рей не видел меня воином, то кем он вообще представлял меня в своём клане? Ведь я не умела ничего другого.
***
Большое спасибо за награды, Альбина, Галина Нагуманова, Любовь, Елена, Элиза Албу
Глава 22. Новая роль"
"Снегопад прошёл к середине следующего дня, и телеги теперь двигались куда быстрее, скрипя деревянными колёсами и гремя своим содержимым.
Одним из таких «содержимых» была и я, правда, сидела уже не в телеге со слугами, а в той, где иногда ехали воины, а также хранились пожитки моего отряда.
Залезла я сюда сама, после того как Эрик буквально приказал мне, но во взглядах друзей было облегчение. Рей был прав — они никогда не станут относиться ко мне так же, как прежде.
