— Новенькие… похоже, долго вы здесь протянете, — слышим мы сиплый, чуть брезгливый голос. В отличие от меня, судя по голосу, этот человек действительно болеет. — Совсем слабаки.
В темноте, там, куда почти не проникает узкий свет из оконца под потолком, кто-то есть.
— Покажись, — приказывает Отто неожиданно серьёзным тоном.
Но наш собеседник не двигается.
— Я сижу здесь уже год… а вы и нескольких дней не выдержите, согласитесь на все их условия, — он хрипло, с надрывом смеётся, отчего мы только недоумённо переглядываемся.
— Некоторых из нас обменяют. А остальные — сильные, молодые мужчины, смогут работать. Наша полезность в итоге купит нам свободу, ну или мы сами сбежим через пару месяцев, когда убедим их в своей преданности, — рассудительно возражает Дирк, мужчина средних лет, который сопровождал Дравнора в каждом его путешествии и отвечал за охранников.
Наверняка он знает больше о том, что мы везли на самом деле.
— От таких не ускользнёте. Сами понимаете: одна попытка побега, и вас загонят на самую изнурительную работу, в цепях, под постоянным надзором.
А вас найдут, — поверьте, всех находили, — теперь его голос звучит зловеще, и даже с ноткой радости.
Будто он радовался тому, что нас обнаружат, в случае попытки сбежать.
— Лучше уж быть наверху, чем торчать тут год и растерять всю силу, — огрызается Отто.
— Да чтобы ты понимал. Этот мальчишка… наследник. Он захватил мою деревню, уложил прорву людей, забрал женщин в рабство, потому что они не желали подчиняться.
Мою жену… я видел, как её увозил один из его приспешников, на коне. Задирал ей… — голос мужчины прерывается, переполненный горечью, и я невольно на мгновение ему посочувствовала.
А потом внутри меня вскипела ярость.
— И поэтому вы тут гордо помираете? Вместо того чтобы на время изобразить покорность и попытаться отомстить? — злобно шиплю я, и «мои» одобрительно хмыкают.
Это север. Айзенвейл. Все воюют друг с другом. Дикий, варварский мир, как и говорил доктор Ларссон.
Не можете воевать — присягайте клану, что способен вас защитить.
Или пробуйтe бежать в другие королевства.
Мужчина в темноте молчит, хотя мне бы очень хотелось увидеть его лицо. О чём он думает? Вынашивает планы возмездия? Или считает мои слова полнейшей глупостью?
— Зуб на зуб не попадает, — вновь начал ныть Отто, не дождавшись ответа. — Вот был бы ты девкой, Дан, тебя бы сразу подняли наверх, да и уложили в чью-нибудь постель. Может, даже к самому Наследнику.
