Павел всматривался в очертания убегающей вдаль кирпичной ограды. Где они? Ограда тянулась вправо по прямой, потом по широкой дуге забирала влево. В ограде сплошные проломы. Дальше чернел лес. Дорога почти не просматривалась, но она точно шла между лесом и остатками забора…
Он, кажется, что-то заметил. Далеко, метрах в четырехстах. Павел зафиксировал это место, всмотрелся до рези в глазах. Темный силуэт то возникал в проломах, то удалялся. Он указал пальцем. Безуглов тоже всмотрелся.
– Ай, хорошо едут, родимые… Молодец вы, товарищ майор, ткнули пальцем в небо и попали… Продолжаем преследование?
– Подожди… – Кольцов прищурился.
Что-то тут не так. Машина уходила в сторону от дороги, терялась за деревьями.
– Вот бес их за ногу… – выругался Безуглов, – куда это они сваливают? Командир, там свороток от дороги. За леском еще какие-то предприятия, склады… Ориентир запомнил – там такая же вышка? Перед ней они и свернули…
Они скатились по лестнице, обжигая руки, кинулись к пролому. Кольцов заранее замахал руками: заводи! Но Коля Цветков и не глушил.
С места в карьер – едва успели попадать на жесткие сиденья…
Кольцов был уверен, далеко от поворота подозреваемые не уйдут. Дальше – глушь, что там делать ночью? А на дорогах – патрули. Логическая цепочка худо-бедно выстраивалась. Служба вооружения – кому уж проще добывать взрывчатые вещества – тот же динамит, тротиловые и толовые шашки, взрыватели к гранатам и минам? Значит, заныкал, устроил на отшибе маленький склад? А взрывчатка диверсантам очень нужна, выходит, снова планируют представление с фейерверками? Сообщник – это член диверсионной группы, тут и к бабке не ходи…
Перед глазами маячила вышка.
Пот заливал лицо. Было жарко, как в русской бане. Цветков увел машину за деревья, дальше двинулись пешком. Между перелесками показалось ответвление от дороги – такая же разбитая грунтовка. Побежали по обочине, прижимаясь к кустам. Автоматическое оружие сегодня не брали – с ним не развернуться. Головой должен думать оперативник, а не автоматом!
Какой-то маленький участок, отходивший от основной зоны – поваленный забор, за оградой приземистые бараки, здание с трубой, напоминающее котельную.
Николай взволнованно зашипел: он первым засек машину, на которой прибыли злоумышленники! Легковушка стояла внутри огороженной территории, прижавшись к уцелевшей секции ограды. Старый, порядком обветшавший «Опель-Кадет» 37-го года – самая непритязательная модель знаменитой немецкой «Олимпии». Передние двери были распахнуты.
