Кольцов скрипел зубами: это случилось три ночи назад! Выходит, люди Циммера больше суток сидели в болоте, кормили комаров и ели свои галеты. Плевать хотел он на людей Циммера – их уже не существует.
Беспокойство вызывала вторая группа. Она уже два дня находилась на советской территории, а органы пребывали в полном неведении. Рано делать выводы, он продолжал гнать своих людей.
Снова безлюдная местность, перехлесты проселочных дорог. Ночью прошел дождь, искать следы становилось труднее. Мучила жажда, хотелось есть.
Из-за перелеска выскочил внедорожник с патрулем, устремился им наперерез. В этом не было ничего особенного – на севере дислоцировалась механизированная бригада.
– Руки вверх, оружие на землю! – крикнули красноармейцы. Оперативники чертыхались – такую энергию, да на полезные бы дела!
Но служивые были правы: поди определи, кто эти четверо. Корочки СМЕРШ никого не впечатлили, хорошо, что один из патрульных признал знакомое лицо – хотя мог бы это сделать и раньше!
– Ефрейтор, какого ляда?! – огрызнулся Цветков.
– Протри глаза, вспомни! Ты же на часах вчера стоял при штабе! Сколько раз мы мимо тебя ходили!
– А, ну да… – смутился покрытый оспинами красноармеец. – Это вроде бы свои. Просто вид у них сегодня не гвардейский…
Сержант колебался, кусая губы. Очень уж хотелось ему прибрать этих грубиянов и отправить под конвоем в город для всестороннего выяснения личностей. Пришлось пригрозить трибуналом и кирпичной стенкой – за воспрепятствование работе контрразведки в условиях военного времени.
«Да свои они, товарищ сержант, не видите, что ли? Пусть идут своей дорогой, зачем нам неприятности?» Патруль поехал дальше, офицеры собрали брошенное в траве оружие, стали дружно возмущаться.
– И куда только это годится? – брюзжал Караган. – Даже контрразведку перестали бояться, воины, так их… Ну, и где они? – распалялся капитан, таращась вслед пылящему «газику». – Поорали, постращали и смылись! А если мы, и впрямь, переодетые фашисты?
Оглянуться не успели, а день уже клонился к вечеру.
Начинало смеркаться, когда оперативники дотащились до заброшенного цементного завода, стоящего особняком от города. Зачем его разбомбили в 41-м, непонятно. Здесь было несколько точных попаданий крупных авиационных бомб. От завода сохранилось немного. Зарастали травой развалины цехов, лежали в строительном мусоре разбитые краны. На обломках крыши аисты свили гнезда.
Снова в душу забрались черные мысли.
