Конвой Серова, проводившего инспекцию, попал под удар диверсионной группы и практически весь был уничтожен. Выжили генерал, вы… и еще один человек из вашей опергруппы.
– А этот случай с какого бока? – нахмурился Павел. – Генерал чуть было не попал в плен… что, кстати, плохо вяжется с обвинениями в его адрес. Если уж на то пошло, Серов важнее немцам здесь, на своем посту. Зачем он им там?
– Конкретная группа диверсантов могла и не знать, кем является Серов. Насколько я знаю, подобными данными владеют от силы несколько человек из разведки, разве не так? Так что не морочьте мне голову.
Вы спасли Серова, верно? Потом подтянулся ваш подчиненный… Не надо юлить, товарищ майор, генерал Серов попал в плен. И вы попали вместе с ним. Вы оба там были. Как ни грустно это признавать, но факт остается фактом. И если бы вовремя не подоспел ваш капитан Караган…
– Это был самый короткий в мире плен, – пошутил Павел. – Может, полчаса или даже меньше, причем большую часть времени мы провалялись в беспамятстве. Трудно за это время склонить нас на сторону Германии, снабдить инструкциями, явками, паролями…
– Вы снова ерничаете, – сделал нажим Цапков.
– Это такая натура, товарищ майор – когда нечего возразить, начинаете ерничать?
Павел не верил своим ушам. Неужели это серьезно? Был в плену, склоняется на сторону генерала… И это убедительные доказательства его виновности? Аргументы один другого вздорнее. Абсурд махровым цветом. И люди, подобные Цапкову, стоят на страже безопасности государства? Павел не мог поверить, это не так, он лично знал многих людей в этой системе – не демагогов, не карьеристов, – добросовестных работников, занимающихся выявлением реального врага.
Одни из них уже погибли, другие продолжают работать…
– Вы чем-то расстроены, Павел Игоревич? – участливо осведомился капитан. – Мы просто поговорили. Вас никто не собирается задерживать… – Цапков сделал выразительную паузу, явно подразумевающую слово «пока»…
– Товарищ майор, они не могут вас арестовать, – жалобно протянул лейтенант Цветков, – это же бессмыслица, мы знаем вас…
– Это не имеет значения, Николай, – покачал головой Кольцов.
– Пока не задержали, но задержать могут в любой момент, и тогда наша работа пойдет прахом.
Он обвел глазами притихших офицеров.
– У меня всего один вопрос, – произнес он, тщательно проговаривая слова. – Вы мне верите?
– Верим, командир, – чуток подумав, сказал Караган. – А еще мы тебя любим, уважаем и даже слегка побаиваемся.
Офицеры заулыбались.
