Глубоко в душе он подобные методы не приветствовал, хотя и признавал, что порой это единственное, что может принести результат.
Через час они спустились в подвал – как-то робко, словно студенты-первокурсники на первое практическое занятие. Задержанный Тарасюк был привязан к кушетке, как буйный психический больной. Глаза его были закрыты, грудь вздымалась, пот заливал лицо. У двери стояли дюжие помощники – им приказали неотлучно находиться рядом и жестко пресекать все неправомочные действия задержанного.
– Рад вас приветствовать, товарищи офицеры, – вкрадчиво сказал мужчина в белом халате, с мягкими манерами и располагающим лицом, – думал уж, не придете.
– Как успехи, Михаил Львович? – спросил Кольцов. – Клиент не буйствовал?
– Клиент очень беспокойный, – хмыкнул майор медицинской службы Лапковский, имеющий допуск к новейшим препаратам, проходящим под грифом «секретно». – Нам пришлось его развязать, чтобы положить на кушетку. Хорошо, что ребята были рядом, – кивнул он на застывших у порога бойцов из специального подразделения НКВД, – в противном случае я бы мог остаться без челюсти и глаза.
Пришлось применить боксерский прием, так сказать…
– Его не раздевали? – Павел окинул взглядом пристегнутую ремнями фигуру.
– Нет, воздержались. В чем был, в том и оставили. Здесь не больница. Итак, к делу, молодые люди. Я ввел пациенту дозированный раствор химического препарата «Нептун‐47». Препарат многоцелевой – все зависит от дозы. В природе, так сказать, это порошкообразное вещество. Добавляется в воду, в водку, в молоко – можно даже в суп.
Одна из разработок токсикологической лаборатории Григория Моисеевича, гм… Сознание пациента начинает плыть через семь-восемь минут, разум туманится, движения становятся заторможенными. Возникает в некотором роде эйфория. В таком состоянии человек – беспомощный. Минут через пять начинается сон с галлюцинациями. Собственно, сейчас он и находится в этом сне…
– Минуточку, Михаил Львович. Он что-нибудь говорил после инъекции?
– Он что-то бормотал, скалил зубы, смеялся – таким трескучим смехом.
Слова были непереводимы. Родной язык у него, кстати, русский. А что вы хотели от него услышать? После пробуждения произойдет именно то, для чего создавался препарат. Недолгое время – не могу сказать, какое, все зависит от организма – человек не контролирует себя и может ответить на любые вопросы. Будить его нежелательно, должен проснуться сам.
– И когда произойдет это пробуждение? – Павел посмотрел на часы.
