Да я, черт возьми, даже женихам и их продавцам — тьфу ты! — родителям отказывала вежливо. Раньше папу это вполне устраивало, так что произошло?
Леди Делавер развела руками в воздухе.
— Ты же знаешь, политика.
— Знаю, — рыкнула Ди, швырнув в уже и без того немаленькую гору, погребшую под собой чемодан, новую порцию вещей.
— Это ненадолго.
Изменения в Королевском совете ненадолго, а вот отец закусил удила явно не на шутку и не на пару недель.
Вернувшись к шкафу, Диана уставилась в его полупустые недра и вдруг замерла, уперев руку в бок.
К чему это все? Нервы? Крики? Пинание ни в чем не повинного чемодана? Отец все решил, а у нее нет ни денег, ни работы, ни мужчины, готового ее содержать. Так что и выбора в любом случае тоже нет. Что толку устраивать истерики?
— Ты ее знаешь? — спросила Диана уже спокойнее. — Тетушку Фло?
И молчание матери ответило ей красноречивее любых слов.
— Давай я позову Жнеду? — предложила Леди Делавер, ловко (нет!) меняя тему.
Ди выдохнула, зажмурилась, запрокинула лицо к потолку, вздохнула...
— Позови, — согласилась, вновь открывая глаза. — Пожалуй, мне и правда понадобится помощь.
Обернулась: мать улыбалась.
— Вот и хорошо, вот и славно, — пропела леди Делавер и, вспорхнув с кровати, поплыла к двери.
Диана проводила взглядом ее идеально прямую спину и инстинктивно расправила собственные плечи.
Да и плевать на все. Подумаешь, какая-то тетушка Фло.
***
Наутро отец прощаться не вышел.
Мать передала со служанкой записку. В ней она желала дочери счастливого пути и жаловалась на плохое самочувствие, из-за которого не смогла встать с постели в такую рань (не успела наклеить ресницы, прочла Ди между строк). А Лиззи заходила к ней вечером, плакала и лезла обниматься, но сразу предупредила, что провожать не пойдет — слишком тяжело.
Так что провожал Диану один Дерек.
Только если вчера он даже пытался за нее вступиться перед отцом, то, поразмыслив, вновь вернулся к роли примерного наследника.
А потому был суров и хмур.
— Ты сама виновата, — заявил он, остановившись на подъездной дорожке и с важным видом скрестив руки на широкой груди.
Ди закатила глаза.
— Ну конечно, тебе-то можно таскать в койку шлюх.
Ноздри брата гневно раздулись.
— Это другое, не сравнивай. Ты — женщина.
Диана невесело усмехнулась, покачала головой.
— А ты — свинья, — сказала на прощание и отвернулась, пошла к экипажу.
