А потом перехватил одного из стражников, прибывших на вызов по поводу грабежа, и самым наглым образом заявил, что племянница леди Гарье срочно нуждается в охране на ближайшие полчаса. После чего был таков. Дела у него, понимаете ли.
— Зачем тогда следил за мной, если сбежал… — пробормотала Диана, устроившись на скамейке рядом с Жнедой.
Служанка, вынужденная присесть раньше нее, чтобы придерживать покупки и не дать им упасть на землю, теперь приобняла высокую стопку свертков рукой и с недоумевающим выражением на веснушчатой физиономии повернулась к Ди вполоборота.
— Почему следил, миледи? — спросила удивленно. — Господин Марко покинул усадьбу почти сразу после рассвета. Я сама видела. Случайно он нас встретил, я вас уверяю. Случайно все вышло.
— Случайно, — проворчала Диана и отвернулась. — Все-то с ним выходит случайно.
Глава 22"
"Пыль, взлетающая в воздух от каждого шага, оседала на гладкой коже высоких сапог. Плоские подошвы мягко, но уверенно ступали по немощеной поверхности заднего двора усадьбы.
Хрустели под ногами, перекатываясь и вдавливаясь в землю и в друг друга мелкие камешки. Шаг, еще шаг, быстрее и свободнее, потому что теперь не нужно было осторожничать, придерживая длинную юбку, — юбки не было вовсе. Как не было и привычного корсета, функцию которого сегодня выполнял тесно облегающий фигуру жилет из плотной ткани. А широкие рукава хлопчатобумажной рубашки раздувались на ветру, время от времени прикасаясь прохладной тканью к коже и создавая ощущение легкости и полета.
Стремительная, воодушевленная, обновленная Диана Делавер — право слово, такой ее еще никто не видел, включая и ее саму.
— Вызывал? — Остановившись в распахнутых настежь воротах конюшни, Диана привалилась плечом к воротному столбу и, перекрестив ноги в лодыжках, сложила руки на груди.
Марко был внутри. Стоял между пустыми в это время дня стойлами — с раскрытой тетрадью в твердом переплете в одной руке и занесенным над ней самописным пером во второй.
Рядом с ним топтался кто-то из местных работников — бородатый мужичок в холщевой косоворотке, подпоясанной широким кожаным ремнем, и с выгоревшей на солнце мохнатой бородой.
Когда Ди вошла, мужик, явно за что-то только оправдывающийся, вздохнул с видимым облегчением. Управляющий же повернулся к ней и недовольно нахмурился.
