Ему же тоже понравилось, там, на постоялом дворе. И у озера ее выход из воды тоже не оставил его равнодушным. Так какого черта? Зачем набивать себе цену?
Марко первым разорвал контакт взглядов и с силой оттолкнулся от опоры качелей ладонью, выпрямляясь и сразу отступая.
— Премного благодарен за оказанную честь, леди Делавер, — отчеканил с теперь ничего не выражающим лицом, будто с него вмиг стерли тряпкой все эмоции. — А теперь не соблаговолите ли пройтись со мной на кладбище и проверить могилу Четырехпалого Джо?
Как еще не поклонился? Ох она бы ему тогда соблаговолила.
..
Вдох-выдох. Держать лицо."
"Диана королевским жестом отбросила за спину разметавшиеся по плечам волосы и максимально грациозно поднялась на ноги. Жаль, рост не позволил ей посмотреть на мужчину свысока, но она очень старалась.
— Конечно, господин управляющий. Долг — превыше всего.
После чего развернулась и решительной походкой от бедра двинулась к выходу из двора.
***
Диана: «Да клянусь тебе, я все проверила.
Спит этот Джо вечным сном. Не вставал он!»
Эль: «Ты чего? Естественно, я тебе верю».
Диана: «Угу».
Эль: «Что «угу»? Сказала же: верю. А другие могилы ты проверила?»
Диана: «Издеваешься? Проверила, ясное дело. Все тихо-мирно, защита стоит. Я же не настолько глупая».
Эль: «Ди, конечно, ты неглупая. Не психуй. Кто-кто, а ты всегда умеешь находить в ситуации что-то позитивное. Соберись, все хорошо. Теперь ты хотя бы знаешь, что это не нежить с местного кладбища».
Диана: «А что тогда?»
Эль: «Не знаю.
Спрошу сегодня совета у папы».
Диана: «Спасибо».
Эль: «Не кисни. Все будет».
Диана: «Обязательно!»
***
Все обязательно будет хорошо. Диана и привыкла, что все хорошо, а что нехорошо, на то можно закрыть глаза и веселиться.
Так почему сейчас закрыть глаза не получалось?
Она отвернулась от стола, за которым сидела, пока вела переписку с подругой, и уперлась взглядом в кровать. В пустую, широченную, мать ее, кровать.
Ди рыкнула от злости на себя, на кровать, на управляющего и на ситуацию в целом и запустила пером для письма в подушку.
Попала. Будь подушка тверже, перо, должно быть, застряло бы в ней, как стрела в дереве. Но жесткости не хватило, и оно лишь проткнуло наволочку и упало на простыню. А в образовавшуюся дыру высунулся кончик другого пера — гусиного, из набивки.
Диана моргнула, судорожно пытаясь ухватить мелькнувшую в сознании ассоциацию. А потом вскочила и бросилась вон из комнаты.
